Вожак троицы, поняв, что загнал овцу в угол, в то время как волк все еще рыскал, замахал руками в отчаянной попытке исправить свою ошибку. Пинч был безоружен; у него не было возможности обнажить свой меч. Он отступил в сторону от неистового выпада придворного, но вместо того, чтобы воспользоваться возможностью, чтобы вытащить свой собственный меч, Пинч схватил запястье другого и шагнул вперед, подняв ногу для размашистого удара между ног мужчины. Пинч попал чуть ниже пояса, и главарь завопил фальцетом, когда весь воздух, который был внутри него, вырвался одним мощным порывом. Трив корчился на земле, в то время как первая цель Пинча, спотыкаясь, вернулась на скамейку, где села, сжимая свою оцепеневшую руку.
— Стой, где стоишь! — пронзительно закричал последний из засады, держа Клидиса за горло, прижимая острие меча к обвисшим складкам под его подбородком. — Одно движение, и я убью его!
Пинч отошел от своей хнычущей жертвы, пожал плечами и, наконец, обнажил меч.
— Ну и что? Убей его.
Маленький человечек в ужасе сглотнул.
— Ты ожидаешь, что я буду драться честно. Ты ожидаешь, что я позабочусь о нем. Пинч вышел вперед, направив свой меч на мужчину. — Мне все равно, убьешь ты его или нет. Я просто хочу убить тебя.
— Джанол... — булькнул Клидис.
— Заткнись, старый дурак. Ты думаешь, я буду рисковать своей жизнью ради тебя? Ты этого не заслужил.
Издалека донесся дребезжащий лязг открываемых ворот. Над безмолвными крышами разносились голоса.
Мужчина хотел посмотреть, кто еще идет, но был слишком напуган, чтобы отвести взгляд от своего заклятого врага. Ничуть не испугавшись, Пинч продолжал приближаться. Наконец нервы этого человека не выдержали, и он оставил своего заложника, бросившись в запутанные лабиринты некрополя.
Пинч увернулся в сторону, когда камергер ахнул и, с трудом дышал, обретя свободу. На мгновение Пинч подумал о том, чтобы погнаться за этим человеком, но легко отказался от этого. Вместо этого он обратил свое внимание на парня, корчащегося на земле. Примечательно, что, возможно, движимый страхом, тот ухватился за свой меч с твердым намерением использовать его, как только отдышится.
Пинч не стал этого дожидаться. Быстрым ударом он положил конец этой комедии. Тело тяжело упало на грязную дорожку.
Последний оставшийся в живых вскинул свои окровавленные руки, чтобы сдаться, и крик прибежавшего телохранителя предотвратил необходимость каких-либо действий со стороны Пинча.
— Схватите его! — скомандовал Клидис, когда его телохранители подбежали к месту действия. Люди в доспехах набросились на придворного и жестоко прижали его к земле. Выражение лица человека было искажено смесью боли и ужаса.
— Милорд камергер, что нам с ним делать? — спросил капитан телохранителей. Грубо выбритый мужчина, искусный в убийстве и следовании приказам, он осмотрел дело рук мошенника с немалой долей одобрения.
— Уберите священников подальше, — приказал камергер. Капитан кивнул и убежал.
Клидис подошел и положил кончик своей трости на окровавленную руку человека. — Как тебя зовут, дурак?
Возможно, тот был слишком ошеломлен, чтобы понять вопрос; возможно, он был слишком упрям, но не ответил.
Клидис наклонился вперед. Пленник закричал.
Когда крики прекратились, Клидис попробовал снова.
— Сэр Куркулатайн, — был невнятный ответ. Пот и слезы блестели на его лице. — Вассал принца Тродуса.
— Тебя послал принц?
— Нет, мой господин!
— Слишком просто. Клидис снова оперся на трость. — Кто тебя послал? Скажи мне, и все станет проще.
Мужчина едва мог шептать. — Трив. Ходили слухи, что Тродус предложил нам титулы.
— Это результат амбиций, — предостерег Клидис Пинча, который терпеливо сидел на окровавленной скамейке, пока допрос не закончился.
— Это результат плохого планирования.
— Неважно, — пожал плечами Клидис. Он повернулся к капитану стражи, который вернулся со своей миссии. — Этот человек, — Клидис указал на пленника, — является предателем, который напал на законного регента Анхапура. Казните его.
— Будет ли суд, милорд камергер?
Камергер посмотрел на Пинча холодным взглядом стервятника. — Я не вижу необходимости в судебном разбирательстве. А ты?
Мошенник покачал головой и поднялся на ноги. — Нет, совсем нет.
— Присоединяйтесь к нам по пути во дворец, — приказал камергер, и они оба двинулись. — Я сомневаюсь, что сегодня будут еще какие-нибудь нападения.
— Лорд Клидис, смилуйтесь! — взвизгнул пленник. Его крики разносились по безмолвной компании, к которой он собирался присоединиться, пока его эхо не слилось с хором безмолвных призраков, умоляющих о собственном правосудии.
Они прошли через ворота, оставив капитана и его людей убирать оставшиеся, неприличные элементы. Священники, привлеченные криками, столпились на другой стороне, но их вход был заблокирован двумя солдатами, которые небрежно стояли на пути. Никто не собирался враждовать с человеком, который носил эмблему золотой змеи королевского двора.
Если, конечно, они не были из Анхапура.