Дверь позади Кэддерли открылась, и он увидел входящего в комнату Дриззта. Дроу вздрогнул, когда понял, что Кэтти-бри вошла в одно из своих состояний. Прикладывая палец к губам, Кэддерли попросил его соблюдать тишину, и Дриззт, с обеденным подносом в руках, предназначенным для женщины, встал, не издавая ни звука и вглядываясь в свою любимую жену.
«Дриззт находит её вполне симпатичной», – продолжила, Кэтти-бри, по–прежнему не обращая на них внимания. «Он ходит в Серебристую Луну, как только выпадает случай, и по большей части потому, что он считает её симпатичной». Женщина сделала паузу и подняла взгляд – но, конечно, не на Кэддерли с Дриззтом – и улыбнулась со сладостной горечью. «Надеюсь, он найдёт свою любовь, очень надеюсь», – обратилась она к пантере, которую, стоящие рядом, не могли видеть. «Но только не с ней и не с кем–либо из её окружения, потому что тогда он покинет нас. Я желаю ему счастья, но с подобным я бы не смогла смириться».
Кэддерли вопросительно посмотрел на Дриззта.
– Тогда мы в первый раз отбили Мифрил Халл, – сказал он.
– Что-то насчёт тебя и Леди Аластриэль? – спросил Кэддерли.
– Мы просто друзья, – ответил Дриззт, не отрывая глаз от своей жены. – Она позволила мне ходить в Серебристую Луну, и я знал, что там смогу добиться больших успехов, чтобы быть принятым на Поверхности. Он подошёл к Кэтти-бри.
– Как долго?
– Она совсем недавно находится в том другом месте.
– Там, где она настоящая – моя Кэтти, – горестно проговорил Дриззт. – Где–то там, в глубине своего разума, она осознаёт себя.
Женщина вдруг затряслась: её руки конвульсивно задёргались, голова запрокинулась назад, а глаза закатились, показывая белки. Фиолетовое сияние волшебного огня появлялось вокруг неё снова и снова, Кэтти-бри приподнялась в воздух с вытянутыми в стороны руками, её темно–рыжие волосы развевались по несуществующему ветру.
Дриззт отложил поднос и надел глазную повязку. Он колебался лишь мгновение по настоянию Кэддерли, который приблизился к Кэтти-бри и даже рискнул прикоснуться к ней во время опасного перехода её состояний.
Кэддерли закрыл глаза и открыл свой разум для всех вероятностей в водовороте резких спазмов, мучающих женщину.
Его откинуло назад, а место жреца тут же занял Дриззт. Крепко обнимая Кэтти-бри и осторожно опуская её на пол, он ослабил хватку. Умоляя хоть что–нибудь объяснить, дроу посмотрел на Кэддерли, но увидел, что жрец был ещё больше озадачен: широко раскрыв глаза, он всматривался в свою руку.
Дриззт тоже посмотрел на ту кисть Кэддерли, которой жрец коснулся Кэтти-бри. Она просвечивала и мерцала голубым, но постепенно затвердевала и вновь приобретала цвет кожи.
– Что это было? – спросил дроу после того, как Кэтти-бри окончательно успокоилась.
– Я не знаю, – признался Кэддерли.
– Слова, которые я так часто слышу в последнее время.
– Согласен.
– Но выглядишь ты так, будто уверен, что мою жену уже не спасти, – сказал Дриззт более резким тоном.
– Я не хочу создавать такого впечатления.
– Я вижу, как вы с Джарлакслом качаете головами, как только речь заходит о ней. Вы не верите, что мы можем вернуть её обратно, по крайней мере, не полностью. Ты потерял надежду, но потерял бы ты её, если в подобном состоянии сейчас здесь находилась бы леди Даника, а не Кэтти-бри?
– Друг мой, конечно же, ты не должен...
– Должен ли я тоже сдаться? Ты этого ждёшь от меня?
– Ты здесь не один такой, кто всё ещё цепляется за отчаянную надежду, мой друг, – пробурчал Кэддерли.
При этом упоминании Дриззт слегка успокоился.
– Даника найдёт их, – слова Дриззта прозвучали очень неискренне. Он продолжил мягким голосом: – Я чувствую, будто земля уходит у меня из–под ног.
Кэддерли сочувственно кивнул.
– Следует ли мне сражаться с драколичем в надежде на то, что, в случае его смерти, я снова встречусь со своей женой? – проговорил Дриззт и вновь повысил голос. – Или же выплёскивать ярость на зверя, только потому, что больше никогда не встречусь с ней?
– Ты спрашиваешь меня… все эти вопросы…– Кэддерли сделал тяжёлый вздох и беспомощно вскинул руки. – Я не знаю, Дриззт До’Урден. В случае с Кэтти-бри ни в чём нельзя быть уверенным.
– Мы знаем, что она безумна.
Кэддерли было начал отвечать:
– Разве? – но сдержался, не желая вовлекать Дриззта в свои недавние размышления.
Была ли Кэтти-бри и вправду безумной? Быть может, в той, другой реальности она реагировала на всё вполне рационально? Проживала ли она свою жизнь заново в той непоследовательной очерёдности, или же действительно возвращалась к временно–пространственным пузырям, принимая все те моменты за реальность?
Жрец покачал головой, поскольку у него не было времени строить предположения по подобному принципу, потому что все учёные и мудрецы, великие волшебники и жрецы, когда–либо собиравшиеся в храме Парящего Духа, полностью опровергли возможность свободных путешествий во времени.
– Но, ведь безумие, может оказаться временным явлением, – заметил Дриззт. – Но всё же вы с Джарлакслом считаете, что она потеряна навсегда. Почему?
