Ошеломлённые Дриззт с Бруенором стояли в маленькой комнате и не отрывали глаз от Кэтти-бри, черты лица которой внезапно изменились, преобразив её внешность. Теперь девушка выглядела так, как если бы ей было десять–одиннадцать лет. Она снова поднялась в воздух над своей кроватью, закатывая глаза и обнажая белки. Багровое пламя и потрескивающая энергия кружились вокруг неё в танце, а густые волосы Кэтти-бри развивались по ветру, которого ни Дриззт, ни Бруенор ощутить не могли.
Дриззт уже видел подобное несколько ранее и предупредил Бруенора, но когда положение и поведение дочери дварфа и всё, что делало девушку собой, изменилось: сначала незаметно, но потом разительным образом, слабость чуть не подкосила ноги короля. В этот момент девушка выглядела совершенно другим человеком, помолодевшей Кэтти-бри.
Полным сострадания и сожаления голосом Бруенор позвал её, но, казалось, она ни на что не обращала внимания.
– Гвенвивар? – снова позвала она.
Казалось, что она куда–то медленно и не торопясь, шагала, хотя фактически оставалась на месте. Кэтти-бри протянула одну руку вперёд, очевидно, по направлению к кошке, которой там не было.
Её голос был мягким и тихим, когда она спросила:
– Гвенвивар, где тёмный эльф? Ты можешь отвести меня к нему?
– Клянусь богами, – пробормотал Дриззт.
– Что это, эльф? – спросил Бруенор.
Молодая девушка распрямилась и медленно отвернулась от наблюдавших за ней.
Ты дроу? – спросила она. Затем последовала пауза, как если бы кто–то ей ответил. – Я слышала, что дроу – это зло, но, глядя на тебя, мне так не кажется.
– Эльф? – взмолился Бруенор.
– Это её первые слова ко мне, – прошептал Дриззт.
– Меня зовут Кэтти-бри, – сказала она, всё ещё обращаясь к стене напротив друзей.
– Моего отца зовут Бруенор, он король клана Боевого Молота.
– Она на Пирамиде Кельвина, – сказал Бруенор.
– Дварфы, – продолжила Кэтти-бри. – Он не мой настоящий отец. Бруенор удочерил меня, когда я была ещё ребёнком, когда мои настоящие родители… – Она сделала паузу и тяжело сглотнула.
– Пирамида Кельвина, наша первая встреча, – затаив дыхание, объяснил Дриззт. Несомненно, он слышал голос женщины, а тогда ещё девочки, точно так же, как и в тот, не по сезону тёплый зимний день, на склоне отдалённой горы.
Кэтти-бри посмотрела на них через плечо – нет, не на них, но чуть выше.
– Очень красивая кош…, – начала было говорить она, но неожиданно сделала резкий вдох, закатила глаза, а ее руки вытянулись вдоль тела. Невидимая магическая энергия вновь пронзила её, сотрясая всё тело своей мощью.
И перед их изумлёнными глазами Кэтти-бри снова постарела.
К тому моменту, как она начала опускаться на пол, Дриззт с Бруенором уже обхватили её руками, потом нежно отнесли и положили Кэтти-бри на кровать.
– Эльф? – спросил полным отчаяния голосом Бруенор.
– Я не знаю, – ответил дрожащий Дриззт. Он пытался сдерживать подступившие слёзы.
Вновь пережитый Кэтти-бри момент из прошлого был столь дорог ему, момент, так запавший в его сердце и душу…
Они ещё долго сидели у её кровати, даже после того как Реджис зашёл напомнить Бруенору, что короля уже ожидали в комнате для аудиенций. Прибыли эмиссары из Серебристо Луны, Несма, от короля Обальда и из более отдалённых земель. Пришло время Бруенору Боевому Молоту вновь быть королём Мифрил Халла.
Оставить свою дочь там, на кровати, было для Бруенора Боевого Молота самым трудным испытанием за всю его жизнь. К большому облегчению дварфа, после того, как он удостоверился, что дочь крепко спит, Дриззт вышел из комнаты вместе с ним, оставляя женщину для присмотра верному Реджису.
***
Чернобородый дварф стоял в очереди третьим спереди, пытаясь вспомнить предстоящую речь. Он был посланником, официальным представителем королевского двора. Для Атрогейта ситуация не являлась чем–то новым, так как когда–то он уже жил такой жизнью, в которой были повседневные приёмы правителей разных областей. Когда–то, давным–давно.
«Только не рифмуй,» – тихо предупредил он сам себя, потому что, как отметил Джарлаксл, любая его глупая игра со словами скорее всего выдаст конспирацию дварфа Дриззту До’Урдену. Он громко откашлялся, мечтая о том, чтобы его кистени сейчас были рядом, или же любое другое оружие, используя которое он мог бы пробиться прочь оттуда, в случае обнаружения его истинной личности.
И вот вышел вперёд первый из делегатов на аудиенцию с королём дварфов.
Атрогейт снова повторил свою речь, мысленно утверждая, что всё было действительно очень просто, и, уверяя себя, что Джарлаксл хорошо его подготовил. Он механически повторял всё снова и снова.
– Подойди же теперь и ты, брат мой дварф, – проговорил король Бруенор вздрогнувшему Атрогейту. – У меня очень много дел, чтобы сидеть здесь и ждать!
Атрогейт посмотрел на сидящего Бруенора, затем на Дриззта До’Урдена, который стоял позади трона. Как только они встретились взглядами, Атрогейт увидел намёк на то, что эльф его узнал, ведь они уже скрещивали оружие восемь лет назад во время неудачи Дюдермонта в Лускане.
Но если Дриззт и видел ложь дварфа, то дроу хорошо это скрывал.
