—
Масса песка с грохотом упала с потолка, погребая оставшихся в живых воров. Герои направились к выходу из пирамиды, пройдя коридора с самострелами проверенным способом с помощью копья Берослава. Ильдрим нажал на изображения льва, сокола, павиана и крокодила. Стена пирамиды поднялась, выпуская путешественников наружу в прожжённую солнце пустыню. Берослав связал всё ещё находящемуся без сознания Сетифису руки и ноги, затем перевалил его через круп оленя, освобождённого из волшебной уздечки.
— Потерпи, дружок, — леший дал животному выпить воды из фляги. — Из всех наших зверей у тебя самые широкие копыта, поэтому тебе удобнее других идти по песку.
Убрав возвращённый ларец в торбу, Ильдрим первым завернул за угол пирамиды и остановился в удивлении. За ним последовали остальные. Их взорам предстал осиристанский отряд. Сидевшие на верблюжьих горбах лучники тут же нацелились на каждого из путешественников. Чувствуя себя мишенью Лугнуада недовольно вздохнула. Вперёд вышел вооружённый ятаганом осирис в коротком красном плаще. Жёлтый платок покрывал его голову и шею, на поясе висели ножны с кинжалом и кожаный бурдюк.
— Стойте на месте, — приказал осирис. — Именем его величества фараона Рамхатона Четвёртого я, генерал Ратотис, заявляю вам, что вы задержаны.
— Что за волчьи ягоды? — спросил удивлённый Берослав.
— Кто из вас Гельгарот Делавейн и Ильдрим Сенселио? — продолжил Ратотис.
— Мы, — отозвались герцог и студент.
— Абур, закуй этих двоих в цепи, — осиристанский генерал обернулся к джинну. — И того, в чёрных доспехах, тоже.
Воткнув в песок алебарду, гигант ростом, превышающим полтора человеческих, решительно двинулся на путешественников. На солнце сверкала смуглая кожа его обнажённого мускулистого торса, а одинокий чуб торчал на макушке выбритой головы. Сняв с плеча толстую цепь, джинн завязал её в петлю, словно собрался набросить её на героев, словно аркан.
— Что происходит? — спросила Лугнуада, бросив на Ратотиса взгляд изумрудных глаз.
— Всё в порядке, ваше эльфийское высочество, — осирис галантно ей поклонился. — Вы свободны.
— Не поняла, — удивилась Лугнуада. — А до этого что было?
— Подожди, Абур, — приказал Ратотис.
Джинн послушно остановился и замер подобно каменному изваянию.
— Разве вас не похитили герцог Своршильдский и студент Сенселио? — осирис указал ятаганом на Гельгарота и Ильдрима.
— Я сама пошла с ними, — ответила эльфийка. — Это отец, значит, послал вас?
— Вемфальский магистр Ордвилл написал письмо нашему фараону, — объяснил Ратотис.
— Каков хитрец, — прошептал Гельгарот.
— Когда это дрейтанец успел стать вемфальцем? — усмехнулся Берослав.
Нетерпеливо звякнув цепями, Абур посмотрел на генерала, ожидая дальнейшего приказа.
— Оставь, — Ратотис махнул ему рукой и вновь посмотрел на Лугнуаду. — Я не понимаю, что здесь происходит, но могу ли узнать цель вашего визита в Осиристан.
— Ваши воры украли наши вещи, а мы пришли и их вернули, — объяснила эльфийка и смело подошла к осирису. — Давайте решим дело миром, а то мне уже надоели эти схватки.
Лугнуада взяла ятаган Ратотиса за лезвие и опустила его. Осирис покорно убрал оружие в ножны.
— Послушайте, генерал, — продолжила Лугнуада. — Вы хотите отвести нас к вашему фараону. Но и мы идём к нему. Давайте, продолжим путь вместе.
Смотря на эльфийку и осириса, Ильдрим ревниво закусил губу.
— Хорошо, — кивнул Ратотис. — Мы мирно сопроводим вас к его высочеству. Но решение вашей судьбы будет за ним.
— Уверен, она уже решена, — прошептал Ильдрим, косясь на связанного Сетифиса.
Двое воинов приказали своим верблюдам опуститься, на их горбы залезли Гельгарот и Натанур. Ильдрим и Лугнуада расположились на верблюде Ратотиса. Отказавшись от помощи осирисов и не желая доверять им пленного вора, Берослав оседлал своего оленя. Караван направился на юг, в то время как солнце склонялось к западу.
— Впереди оазис, — сообщи Ратотис. — Остановимся там. Пополним запасы воды и переночуем.
— Нам вода не нужна, — сказала на то Лугнуада.
— Вы, вероятно, не бывали ранее в пустыне, — весело прищурился осиристанский генерал.
Вместо ответа эльфийка взяла флягу и принялась лить воду в песок. Ратотис с удивлением и негодованием смотрел на столь бесполезный и легкомысленный расход жидкости, которая в пустыне ценнее бриллиантов. Будь на месте Лугнуады один из его солдат, тот немедленно получил удар по шее. Но тут генерал поймал себя на мысли, что вода во фляге давно должна была закончиться, а она продолжала литься.
— Это… — Ратотис растерянно указал на волшебный сосуд, — Что такое?
— Вемфальская магия, — объяснил Ильдрим, а затем задал интересующий его вопрос: — Скажите, генерал. Зачем нам ночевать в оазисе? Ведь ночью передвигаться по пустыне куда легче, не так жарко.
— Но не на этом участке, — объяснил Ратотис. — Здесь по ночам вылезают рыжие шакалы. Опасные звери. Уверен, что даже ваша магия не может с ними совладать.
— Я бы поспорил, — не согласился Ильдрим. — Можно попробовать?
