Воин обернулся и увидел лысого дрейтанца. Тот запустил руку в складки чёрной рясы и вызволил медальон в виде человеческого черепа. В другой руке появился пузырёк с фиолетовой жидкостью. Содержимое вылилось на медальон, и глазницы черепа сверкнули лиловым свечением. Завороженный Гунт застыл, глядя на артефакт дрейтанца, и послушно принял от него чёрный четырёхгранный кинжал.
Въехав в столицу, Гельгарот направил гнедого коня направо в сторону восточных кварталов, где находилась резиденция Ордена дракона. По пути он замечал изменения, произошедшие за время его отсутствия в городе. Крышу дома пекаря теперь покрывала красная черепица, но приятный аромат хлеба по-прежнему вырывался из открытых окон. Место мастерской портного занимала лавка зеленщика, и ветер теперь не обдувал когда-то висевший у окна старый заштопанный камзол, а шелестел выставленными на подоконниках пучками лука. Гончар горько сокрушался над случайно разбитой вазой и вслух подсчитывал понесённые убытки. Сочувствуя ремесленнику, Гельгарот достал из мошны и протянул ему пару золотых монет.
— Благодарю вас, сэр рыцарь, — ответил гончар, не сразу поверив в случившееся.
Проехав два квартала Гельгарот почуял запахи прокисшего пива и пережаренного мяса, шедшие из шумного кабака.
— Какая гадость, — брезгливо прошептал герцог и сморщил нос.
Он хотел объехать кабак стороной, но его внимание привлекли выскочившие на улицу два пьяных молодых рыцаря в рваных камзолах. Герцог, хоть и не был частым посетителем подобных заведений, понял, что они продолжали драку, начатую внутри. В другой раз Гельгарот проехал бы мимо, но сейчас испугался, что иностранные гости могли увидеть дерущихся и составить неверное представление обо всё вемфальском рыцарстве. Он спрыгнул с коня, подбежал к дерущимся, схватил обоих и, не раздумывая, окунул головами в стоящую рядом бочку, до краёв наполненную водой. Подержав их так, пока те не начали задыхаться, герцог резким движением усадил рыцарей на прогнившую скамейку у входа в кабак.
— Отдохните и не позорьтесь, — сурово проговорил Гельгарот, подумав о том, что во времена его молодости этих юношей поставили бы охранять городское кладбище несколько ночей подряд.
Серые стены резиденции возвышались прямо над водами Серебряной реки, словно крепостные укрепления надо рвом. И само здание с высокими квадратными башнями, шестиугольными бастионами и узкими окнами, похожими на бойницы, напоминало миниатюрный замок. Копыта гнедого коня ступили на мост, в конце которого возвышались на гранитных постаментах два бронзовых дракона. Каждый из них сжимал в зубах цепи, те опускались по всей длине моста до противоположного берега, где крепились за толстые кольца. Между драконами гостеприимно отворились ворота с выбитыми гербами Вемфалии, расположенными зеркально друг к другу.
Оказавшись во внутреннем дворе резиденции, Гельгарот издалека заметил стоявшего на ступенях высокого широкоплечего рыцаря в красном плаще. Герцог сразу подумал о том, кого больше всего не хотел видеть, но при этом понимал неизбежность встречи с ним. Приблизившись, Гельгарот рассмотрел, что у рыцаря на левой глазнице отсутствовала чёрная повязка, а значит им не мог быть Балтар Браваррон. Помимо главного полководца из всех рыцарей Ордена таким же огромным ростом обладал лишь Гладобар, один из немногих рыцарей-магов Вемфалии. В Ордене знали Гладобара как доброго весельчака, а студенты Магической академии, где он преподавал фехтование, до смерти боялись его. В стенах академии он превращался в жестокого тирана и требовал от будущих магов нечеловеческих усилий.
— Глаза меня ещё не обманывают! — прогремел мягкий бас рыцаря-мага, когда Гельгарот приблизился. — Это и вправду герцог Своршильдский!
Гельгарот остановил коня, спешился и передал поводья подбежавшему слуге, чтобы тот отвёл животное в конюшню.
— Приветствую вас, сэр-магистр, — поднявшись по лестнице, Гельгарот поклонился, приложив руку к груди
— Приветствую и вас, герцог, — радостный Гладобар протянул широкую ладонь. — Ну что, готовы послужить королю?
— Придётся, — усмехнулся Гельгарот после рукопожатия, затем, переводя взгляд с рыцаря-мага на двери и обратно, тихо спросил. — Балтар здесь?
— Только что подъехал, — кивнул Гладобар.
Рыцарь-маг взялся за ручку окованной железом двери, тяжёлой даже для такого силача, как он, и пропуская вперёд Гельгарота, вошёл в полутёмный зал, полный прибывшими рыцарями. Старики сидели в креслах у камина и тихо переговаривались, а вчерашние оруженосцы с интересом рассматривали оружие, висевшее на стенах. Остальные, разбившись на компании, обсуждали прошлые походы и битвы. Кто-то в разговоре с другом указал на щит с вмятиной, оставленной палицей тролля. Другой подошёл к латам, покрытым трещинами от дворфьих секир, и медленно провёл рукой по нагрудной пластине. Седой воин не отрывал взгляда от щита, оплавленного шордаррским огнём.
— Приятно вспомнить былое? — Гладобар, улыбнувшись, посмотрел на Гельгарота.
— Некоторые вещи и так не забываются, — вздохнул герцог.
