Стражник, пугливо косясь на леодемца, послушно поспешил в здание. Вскоре на балконе второго этажа появился царь Гипполит. Он зевнул и посмотрел вниз.
— Это ты, Ареспарт? — сонным голосом спросил Гипполит. — Быстро добрались. Это, как я понимаю, посланники от магистра Аллогарта?
— Верно, ваше величество, — кентавр прижал руку к груди, подогнув передние ноги.
— Прекрасно. Проводи их ко мне, — приказал царь и скрылся из виду.
Вход в здание находился почти вровень с землёй. Кентавры не любили высоких крылец из-за неудобства перемещения. Ступени, ведущие на верхние этажи, оказались низкими и широкими, поэтому из-за медленного подъёма Гельгароту и Ильдриму показалось, что они движутся на вершину высокой башне.
— Мы к царю, — бросил Ареспарт двум стражам, и те покорно отступили от дверей.
Правитель Кентавриды уже ждал их, опустившись на мягкую подушку во главе длинного низкого стола, поставленного между двумя рядами мраморных колонн.
— Приветствую вас. — Гипполит поднял руку ладонью вперёд.
— Здравствуйте, ваше кентаврийское величество, — Гельгарот поклонился Гипполиту. — Я Гельгарот Делавейн, герцог Своршильдский. Это студент Магической академии Ильдрим Сенселио. Мы здесь по поручению магистра Аллогарта.
— Я понял, — царь Кентавриды кивнул и, взяв у Гельгарота свиток бумаги, вопросительно посмотрел на того.
— Ах да, — спохватился герцог. — Гиллторово копыто.
— О, я знаю эту легенду! — восхитился Ильдрим. — О непобедимом кентавре, которого можно было убить, только ударом в левое заднее копыто!
— Очень рад, что вы интересуетесь нашим эпосом, — Гипполит улыбнулся и указал на накрытый стол. — Я подумал, вы проголодались и захотите позавтракать. Вернее, для вас это, скорее всего, будет обедом.
Гельгарот отметил про себя, что Ильдрим в точности рассказал об излюбленной пище кентавров. На широких блюдах лежала жареная рыба, рядом располагались тарелки с овечьим сыром. Около чашек с мёдом громоздились стопки ячменных лепёшек, между ними выстроились чашки, полные оливок и фиников. Из кувшинов доносился запах вина.
— Присаживайтесь, — пригласил кентаврийский царь. — К сожалению, у нас отсутствуют такие привычные для вас предметы мебели, как стулья.
— Ничего, — улыбнулся герцог. — Мы два дня обедали в поле. Так что для нас это не в тягость.
Пока Гельгарот и Ильдрим, усевшись на подушки, с аппетитом пробовали угощения, Гипполит прочитал письмо от главного мага.
— Случившееся ужасно. — заговорил царь. — Понимаю, мои слова не вернут вам короля. Но, поверьте, мне очень жаль.
Гипполит помолчал. Отложив надкусанную рыбу, Гельгарот привстал и в знак благодарности поклонился царю. Его примеру последовал Ильдрим, держа переломанный пополам кусок сыра.
— Скольких трудов стоило объехать порученные мне страны, — продолжил Гипполит. — Осиристан, Кармунезия, Тритонтида. Дрейтания на другой стороне Гранцферы. А чего стоил подъём на Облачные горы к ангелам? Доселе ни одному кентавру это не удавалось. А я поднялся и уговорил царя Содилсона. И императора Цертанара тоже. Всех уговорил. Все явились. Но кто-то со злым намерением.
Он отхлебнул вина из позолоченной чаши.
— И что теперь? — царь постучал пальцами по столу. — Лесоземье думает на Йотунгаллу и Шордарру. Эльфентир — на Осиристан, Осиристан — на Дворфенберг. Тритонтида и Дрейтания — друг на друга. Ангелы вовсе не желают иметь дела с «живущими ниже гор». Нет, это добром не кончится.
— Но всё же у магистра Аллогарта есть какой-то план, — перебил его Гельгарот, обмакивая лепёшку в мёд. — Он ведь зачем-то прислал нас к вам.
— Да, — кивнул царь. — Сейчас мы отправимся в Софиополь. Там я уже много лет храню то, что он мне оставил.
После обеда и короткого отдыха вемфальцы последовали за Гипполитом в сопровождении отряда кентавров во главе с Ареспартом. Путь из Диоса в Софиополь понравился Ильдриму больше, чем от вемфальской границы до Диоса. Он восхищённо смотрел на установленные по обочинам мраморные статуи царей, воинов и атлетов, о которых читал в книгах. Порой дорога шла по высокому берегу, и студент, закрыв глаза, подставлял лицо дувшему с моря ветру. А когда колонна проезжала через рощи, он с наслаждением вдыхал запах цветущих олив и слушал звонкие песни скворцов.
— Рад, что вашему спутнику нравится в нашей стране, — поведал Гипполит Гельгароту.
— Я тоже, — улыбнулся герцог и в очередной раз глянул на студента, ловя себя на мысли, что радость Ильдрима передавалась и ему.
— Вот и Софиополь, — объявил Ареспарт, указывая на показавшиеся вдали мраморные стены.
