— Найдём, — кивнул Аркодей. — Уверен, у магистра Лоберсента всё это есть. Но… Один вопрос. Этот рецепт утерян много лет назад. Откуда он у вас?
Ордвилл вздохнул. Аркодею показалось, что увидел боль в его глазах.
— Это долгая история, — наконец произнёс колдун. — За этот рецепт я заплатил большую цену. Очень большую.
Мысли Ордвилла перенесли его на девять лет назад.
Бледный юноша, облачённый в чёрное, перепрыгнул через ограду и прислушался. Погоня приближалась. Он кинулся сквозь заросли кустов и оказался на соседней улице.
— Он здесь! — крикнул страж.
Юноша пустился бежать. Будь Теорд в родном городе, то легко бы оставил преследователей позади. Но улицы Грант-Вельмбурга он изучить не успел. И к несчастью, за очередным поворотом оказался тупик.
— Проклятье, — Теорд рассёк кулаком воздух.
Юноша прекрасно понимал, что ему же не уйти. Скользкие мраморные стенды без единого окна и балкона с трёх сторон окружили Теорда и не давали возможности взобраться на крыши. А бежать обратно уже поздно. Стук сапог по брусчатой мостовой приближался.
— Кронвард! — крикнул Теорд.
Над головой на фоне луны мелькнул силуэт ворона. Вскоре птица с карканьем опустилась на плечо Теорда. Тот привязал к лапе свиток бумаги.
— Доставишь отцу, — произнёс Теорд, и ворон послушно кивнул, взмахнул крыльями и скрылся в тёмном небе.
Юноша достал из кармана шар величиной с яблоко, тряхнул его, и тот увеличился до размеров человеческой головы. На блестящей поверхности появилось лицо Ордвилла Сарта.
— Как успехи, Теорд? — спросил колдун.
— Я нашёл секрет гомункулов, отец, — ответил юноша. — Кронвард принесёт вам единственный экземпляр.
— А ты? — на бледном лице Ордвилла скользнула тревога.
— Не беспокойся, я не достанусь врагу, — Теорд достал нож и показал его отцу.
— Не делай этого! — крикнул колдун. — Я прибуду в Вемфалию и освобожу тебя.
— Я всё решил, — Теорд положил шар на мощёную дорогу и вонзил в него нож.
Шар со звоном разлетелся на осколки. Ордвилл уже не мог видеть сына, но ясно представил, как тот нанёс второй удар себе в сердце.
— Зелье гомункулов! — восторженно произнёс магистр Лоберсент, тряхнув седыми вихрами. — Это прекрасно! Я должен рассказать о нём студентам!
— Не стоит, — сухо произнёс Аркодей, медленно двигаясь вдоль шкафов с ингредиентами. — Достаточно одного случая, как вы рассказали студенту то, чего рассказывать было не нужно.
Лоберсент виновато опустил голову, вспоминая события, лишившие Академию сразу троих студентов.
— Слюна мантикоры, хитин сколопендры, чернила каракатицы — ректор продолжал складывать в корзину нужные Ордвиллу ингредиенты. — Где стружка эбенового дерева?
— Здесь, — Лоберсент подошёл к крайнему слева шкафу, открыл нижний ящик и достал картонную коробку, полную тёмной стружки.
— Дрейтанец явно задумал что-то злодейское. — Аркодей взял с полки банку с пыльцой азалии и посмотрел сквозь стекло на преподавателя алхимии.
— Тогда зачем вы покорно исполняете его волю? — хмыкнул Лоберсент. — Он, конечно, главный маг. Но всё же…
— Я уверен, у магистра Аллогарта есть план, как одолеть врага, проникшего во дворец, — ответил Аркодей, кладя банку в корзину. — А пока нам лучше показать смирение для снижения их бдительности. Как это сделала её высочество.
— Может, и нам тоже сдаться в плен? — алхимик усмехнулся. — Тогда я наверно умру. Без занятий магии. Улиус и Квартон тоже. Разве что Гладобар.
— К нему я тебя и направлю, — Аркодей закончил собирать нужные ингредиенты. — Не знаю, зачем дрейтанцу гомункулы, но явно не для того, чтобы сажать цветы.
— А могу ли я глянуть на создание… — начал было алхимик.
— Нет, — отрезал ректор.
На его обычно добром лице появилось гневное выражение. Лоберсент стих.
— Передашь Гладобару, — Аркодей вынул из внутреннего кармана мантии сложенное письмо в запечатанном конверте.
Когда алхимик, взяв письмо, удалился искать преподавателя боевой подготовки, ректор с корзиной отворил дверь, ведущую из хранилища ингредиентов в лабораторию. Аркодей знал, что стены академии заколдованы и не пропускают через себя звуки, но всё равно с тревогой посмотрел на Ордвилла, стоящего у напольной глиняной чаши, где горело пламя. Над огнём на низкой трёхногой подставке разместился огромный чугунный котёл с кипящей водой.
— Благодарю, — улыбнулся Ордвилл и указал на котёл. — У меня уже всё готово.
Не выдавая облегчение, Аркодей поставил на пол корзину и принялся доставать ингредиенты. Первой в котёл вылилась вязкая слюна мантикоры, затем словно осенние листья на поверхность плавно легли нарезанные куски хитина сколопендры. Сверху ректор посыпал порошок из костей мамонта.
— Прекрасно, — поблагодарил Ордвилл, наблюдая за ректором.
—
