— Не забывай, что ты уже три дня пьёшь у меня в долг, — оборвала его Брульда. — Так что это был мой эль!
Трактирщица подошла к стойке и взяла одной рукой увесистый половник, другой толстую скалку.
— Либо прекращай, либо я выкину тебя из трактира! — сообщила она, потрясая импровизированным оружием.
Йотуны переглянулись. Желание подраться боролось с нежеланием ссориться с Брульдой и покидать трактир. Последнее победило. Вздохнув, они вернулись за стол.
— А ты слезь со стола! — фыркнула Брульда, глядя на Лугнуаду. — Подумаешь, ноги как у лани.
Под восхищённый взгляд Ильдрима эльфийка послушно спустилась и накинула шубу. Брульда тем временем вернула на место половник и скалку. Сосчитав взглядом йотунов, она достала нужное количество рогов и влила в каждый из них эль, незаметно добавив отвар из стоявшей рядом кастрюли.
— Вот, пейте, пока не лопнете! У меня ещё много! — заявила трактирщица, поставив перед дебоширами поднос с рогами.
Обрадовавшись, йотуны тут же осушили их. Брульда, хитро щурясь, наблюдала, как от добавленной в эль травы они один за другим повалились лицом на стол и захрапели.
— Всё, — радостно сообщила трактирщица, похлопывая ладонями, словно отряхивая их от муки. — Они проспят до середины завтрашнего дня.
— Спасибо, — поблагодарил Гельгарот и посмотрел в окно на темневшее небо. — Но мы, пожалуй, пойдём в комнату.
— Сладких снов, — улыбнулась Брульда. — Надеюсь, еда понравилась.
— Да, спасибо, было очень вкусно, — ответил Ильдрим, поднимаясь вслед за Гельгаротом.
Путешественники ушли в комнату. Увидев кровать, устеленную шкурой белого медведя, Лугнуада тут же повалилась на неё.
— Не понимаю, как можно столько есть? — простонала она, положив руки на живот.
Герцог присел у камина и кинул в него два полена.
— Разожги огонь, — сказал он, повернувшись к Ильдриму.
Руки студента словно обхватили невидимый шар: левая сверху, правая снизу. Между пальцев вспыхнули красные искры. В мгновение они перелетели в камин и осели на дровах. Резко вспыхнул огонь. Не до конца привыкший к магии Гельгарот инстинктивно дёрнулся в сторону.
— Ого! Это и есть ваша хвалёная магия? — подняла голову Лугнуада.
Ильдрим смущённо кивнул. Закончив с камином, он подошёл к окну. Взору студента предстало ночное небо с горящими звёздами. Вновь Ильдрим легко определил созвездия. Волк, разинув пасть, всё так же шёл на Моржа, а за ними стоял невидимый из Вемфалии Йети, указывая путь на север. На чёрной пелене возникло слабое зелёное свечение. Оно становилось всё ярче и в итоге превратилось в полупрозрачный колыхавшийся в небе занавес. С восторгом наблюдая за ним, Ильдрим вспомнил, как читал о северном сиянии.
— Да, красиво, — подал голос Гельгарот, топя камин.
Готовая уснуть Лугнуада присоединилась к наблюдению за удивительным явлением. После нескольких колыханий, так же плавно, как и появился, занавес исчез.
— Всё, всем ложиться спать, — объявил герцог и, увидев недовольство спутников, добавил: — Я понимаю, что вы выспались на корабле, но поверьте, по Йотунгалле лучше путешествовать в дневное время. Ночью здесь царят невыносимые морозы, поэтому по ночам лучше спать.
***
Когда утром путешественники спустились в зал, Брульда уже приготовила на завтрак овсяную кашу и по два варёных яйца каждому. Ильдрим и Лугнуада удивились, что стол накрыт на четверых. Нарезанные ломти свежего хлеба соседствовали с кусками мягкого сыра. В окружении кружек возвышался кувшин с парным молоком. Вчерашние дебоширы, как и обещала трактирщица, всё ещё спали, тихо похрапывая.
— Сани будут? — Гельгарот погрузил ложку в кашу.
— Конечно. Вас отвезёт мой племянник. — Брульда взяла две чугунные сковороды, с протяжным звоном ударила их друг о друга и закричала: — Снордольф!
На шум, стуча сапогами по ступеням, спустился молодой йотун с редкой бородой. Он расправил мускулистые плечи, на ходу надел рогатый шлем и вопросительно посмотрел сонными глазами на Брульду.
— Что случилось, тётушка?
— Позавтракай, накорми собак и приготовь сани, — распорядилась трактирщица. — Отвезёшь моих гостей в Исенборг к конунгу.
Снордольф посчитал путешественников, указывая на каждого пальцем. Затем по очереди загнул три пальца на руке и добавил к ним четвёртый, имея ввиду себя.
— Раз, два, три и четыре — тихо прошептал молодой йотун. — В сани влезут.
Он снял шлем, положил его на лавку, сел за стол и представился:
— Ярл Снордольф Сигурдсон.
— Обедневший и живущий за счёт тётки, — с усмешкой добавила Брульда.
— Конунг обещал меня возвысить, если я покажу отвагу в боях, — посмотрел на неё Снордольф.
— Будем ждать, — Брульда сложила толстые руки на груди. — А пока ешьте.
