Листья Арундели затрепетали от радости. Она возвела глаза к небу и что-то неразборчиво прошептала. Бутоны на её верхних ветвях тут же распустились, и Арундель в мгновение ока стала ещё прекраснее.
– Мой Артам, – проговорила она, и мальчики смущённо переглянулись. Королева опомнилась и продолжила: – А теперь вы, племянники Хранителя трона и сыновья короля, пришли в Расщепберг. Столько чудес за один день – и благая воля Создателя не перестаёт меня удивлять, – Арундель наклонилась и внимательно взглянула в лицо Джаннеру. – Кэдвик, неужели это правда?
– Не знаю, моя королева, – отозвался тот. – Это был ваш сон.
– Какой сон? – спросил Джаннер.
Арундель и Кэдвик переглянулись.
– Во сне мне было сказано, – произнесла королева, – что в Расщепберг придёт мальчик, который станет первым семенем нового сада.
– И что это значит? – со смешком спросил Кальмар.
Джаннер не разбирался в снах и пророчествах – но точно знал, что он никакое не семя. Но теперь, наконец, понял, отчего Кэдвик с таким благоговением произносит слово «мальчик».
– Создатель не часто говорит со мной, хотя в недрах земли я всегда ощущаю его присутствие, – продолжила Арундель. Несколько тонких корешков ласково погладили землю и зарылись в неё. – Вещий сон посетил меня несколько лет назад. Я сомневалась, что нога обыкновенного ребёнка когда-либо ступит в Расщепберг, однако мы с Кэдвиком попросили наших собратьев не терять бдительности. Шло время, и мы почти перестали об этом думать. Но вот ты здесь – мальчик в Чёрном лесу. Скажите, дети, зачем вы пришли сюда?
– Мы идём в Трог, чтобы остановить Нага, – ответил Кальмар. – Пока не стало слишком поздно.
– И как же вы это сделаете? – спросила Арундель.
– Пока не знаю. Но дядя Артам нашёл выход из Трога, ведущий в Чёрный лес. Значит, есть и вход.
– Это невозможно, сыновья Эсбена.
– Почему? – спросил Кальмар.
– Трог сгусток безумия. Это страшное место, полное диких расщепков, Клыков и искажённых тварей. Там нечего делать Сокровищам Анниеры.
– Но нам ничего больше не остаётся, – сказал Джаннер. – Как же быть?
– Возвращайтесь в Зелёные лощины. Там вы сможете укрыться, и Наг никогда про вас не узнает. – Корни Арундели зазмеились по земле, и она повернулась лицом к садовой стене.
– Нам некуда возвращаться.
Арундель развернулась и пристально взглянула на мальчиков:
– Почему?
– Клыки вторглись в лощины, – ответил Кальмар. – Прямо сейчас они штурмуют Бан Рону. Если мы не остановим Нага, он захватит Лощины и убьёт всех наших друзей. Анниеру он уже разрушил.
– Нет, дитя. Расщепберг и есть Анниера. Это твои подданные. Всё, что осталось от твоего королевства. Наг пытался стереть Анниеру с лица земли, но она возродилась здесь, в тени Чёрного леса. Останься и правь нами, Кальмар. Тут даже Наг тебя не отыщет. А ты, Хранитель трона, исполни пророчество. Стань для нас началом нового сада.
Джаннер взглянул на расщепков, которые маячили вокруг двора, свешивая свои безобразные головы через стену и принюхиваясь. Неужели это анниерцы?! Он знал, что все Клыки когда-то были людьми, – но мысль о том, что жертв для превращения привезли из отцовского королевства, наполнила Джаннера жгучим гневом. Ему как никогда захотелось отомстить Нагу за то, что тот совершил.
– Я не хочу вами править, – заявил Кальмар.
– Джаннер, пожалуйста, – взмолилась Арундель. – Скажи брату, что это безумие. Вы оба умрёте в темницах Трога.
– Простите, ваше величество, – сказал Джаннер и встал из-за стола. – Я Хранитель трона, а не семя для сада. Я иду туда же, куда идёт король. А король идёт в Трог.
Кальмар уставился на трещину на каменном столе. Арундель не ответила, и в саду воцарилась тишина. Даже птицы не пели.
После долгого молчания королева заговорила:
– Старшина Кэдвик проводит вас сколько сможет. Я не могу обещать вам полную безопасность. Жаль, что Эсбена нет и некому вас отговорить.
– Спасибо, ваше величество, – сказал Кальмар.
Арундель отвернулась к стене, и сок покатился из её глаз по стволу на землю. Кальмар и Джаннер подошли к стоящему на пороге Кэдвику.
– Вы уверены? – спросил тот.
– Да, – ответил Кальмар.
– Тогда идёмте.
Вернувшись в форт, мальчики увидели Ооода, который сидел у огня и читал стихи компании расщепков, старательно изображающих восторг. Тролль улыбнулся мальчикам и заковылял к ним, зажав в руке жареную коровью ляжку.
– Расщепки люить Ооода, – радостно объявил он и помахал расщепкам. Те с явным облегчением помахали в ответ. – Теперь идём убить Нага?
– Да, Ооод, – кивнул Кльмар, направляясь к главным воротам. – Идём убить Нага.
Джаннер, виновато оглядываясь на расщепков, которые смотрели им вслед, рысцой догнал брата. Кальмар потянул створку ворот, но они оказались закрыты. Он повернулся к Кэдвику:
– Вы с нами?
– Да, брат расщепок, – ответил тот. – Я бы предпочёл остаться, но королева Арундель велела проводить вас. Я должен проститься с родными. Возможно, мы больше не увидимся. – Кэдвик устремил на мальчиков тяжёлый взгляд и повернулся к дому, в котором Матушка Мангри лечила Ооода.
