Карл же, заметив слабые солнечные лучи, наконец-то пробившиеся сквозь лежащие над замком облака, пошёл прогуляться. Он позвал с собой полковника, но тот отказался. И теперь юноша в одиночестве брёл по осенним холмам. Листва шуршала под ногами… Он поднял золотую кленовую звезду, потом алую и винно-красную… Потом опустился на землю у корней высокого дерева, прислонился к стволу и прикрыл глаза, слушая невесомую мелодию ветра…
Внезапно ветер стал холодным, палую листву взметнули торопливые шаги. Карл открыл глаза и увидел Джейдена Ван Стратена, за ним, держась за руки, бежали Тапани и Матти Корхонен.
— Привет… — растерянно произнёс Карл, вставая. — А что вы… Что случилось?..
— Им больше нельзя оставаться в Дурмстранге. Там полно Пожирателей. Я помню, что обещал защитить их, но больше я ничего не могу сделать. Если они останутся, их убьют.
— Понятно, понятно… — повторил Карл, лихорадочно соображая, что теперь делать. Хогвартс — тоже не вариант. В нём можно спрятаться на время, но рано или поздно их обнаружат… Вдруг его лицо озарила надежда.
— Слушай, есть одна женщина, волшебница, она помогла моему другу и, думаю, согласится помочь близнецам!..
— И где эта женщина?
— …Знаешь… Давай я сначала поговорю с ней… А потом мы перенесём туда близнецов… — Карл беспокоился насчёт Бена. Всё ли у него хорошо?.. Если нет, то нельзя показывать его таким… — Я быстро!..
Он сделал шаг — и растворился, снова появившись у кромки широкого поля.
Хогвартское солнце не протянуло своих лучей к этим местам. В небе стояли тяжёлые дымные облака, ветер гнал серый пепел, кое-где ещё вспыхивали языки пламени…
Обычная маггловская деревня со случайно поселившейся в ней волшебницей… Но когда едешь по железной дороге — видно… Видно магглов… Видно, как белый дымок идёт из редких покосившихся труб… Тут почти никто уже не жил — несколько старушек и маленький старичок, выходивший в свой сад с палочкой… Теперь обугленные остовы домов выдыхают чёрный едкий дым, свивающийся в Тёмную Метку…
Карл бросился бежать, пытаясь почувствовать сохранившуюся под пеплом жизнь… Но жизни не было… Обугленной чёрной статуэткой лежала раскинув руки Дора Моррис… Мистер Перкинс так и умер с палочкой в руках, отправляясь теперь в одному ему видимое небо…
Вдруг посреди мёртвой тишины Карл услышал звук — кто-то кричал, горько и надрывно… Юноша стал пробираться сквозь горящие балки — и увидел толстого рыжего кота, истошно зовущего свою хозяйку. Но Марта Эдисон не отвечала ворчливому Томасу. С тихим удивлением она смотрела в осеннее небо, в руке так и осталась спица с нанизанным на неё шарфом…
Карл даже не закричал, из груди вырвался хрип, он упал на колени, закрыв лицо руками…
— А ты смотри, смотри… — проговорил тяжёлый голос. — Вот она лежит мёртвая, а ты ничего не сделал… И ты ведь понимаешь, будут тысячи таких, как она!.. Но ты можешь это остановить!.. — голос медленно обретал форму, и вот перед Карлом стоял бледный юноша в чёрных одеждах. Лицо его было грозным и суровым, нити мрака сплетались в высокую корону над его головой.
— Ты отверг меч Гриффиндора, — говорил он, — потому что Король Звезды не наносит раны, а лечит их!.. Ты можешь исцелить её?.. Можешь?.. Но я тоже Король!.. Я найду для тебя другое оружие, я дам тебе тысячи клинков!.. И ты вонзишь их — в сердце каждого, кто сжигал сегодня этих людей! Ты пройдёшь по миру, пронзая тьму своим светом! И не останется на свете ничего, что не покорится тебе!..
— …Да, я пройду по миру, уничтожая убийц и истязателей… И не будет ничего, сильнее меня… — тяжёлым шёпотом повторил Карл. — …А потом сын убийцы придёт ко мне с мечом, который дали ему его боль и отчаяние, и спросит: «Почему ты убил моего отца?» Я отвечу: «Твой отец был тьмой, и я пронзил его своим светом!..» А он скажет: «Я любил его…» — и поднимет свой меч. Наверное, я окажусь сильнее и убью его. Но потом ко мне придёт женщина с седыми волосами и спросит: «Почему ты убил моего мужа и моего сына?» Я отвечу: «Твой муж был тьмой, и я пронзил его своим светом!.. Твой сын пришёл, чтобы убить меня, и я пронзил его своим светом!..» А она скажет: «Я любила их…» Может, стареющими руками она поднимет на меня свой меч боли и отчаяния, и я, конечно, окажусь сильнее и убью её… Снова и снова будут приходить ко мне люди, и я буду пронзать их своим светом… Но однажды, глядя как кровь бежит по лезвию, я увижу, что в мече моём давно не осталось света, что это просто мёртвое железо… Месть бесполезна… и бесполезны убийства… Да, ты тоже Король… Но звезда твоя мертва!..
Он тяжело поднялся с колен, взял Томаса, ещё раз окинул взглядом пепелище — и растворился в ядовитом воздухе…
