В январе 1961 года утверждена первая шестерка советских космонавтов: Ю.А. Гагарин, Г.С. Титов, А.Г. Николаев, П.Р. Попович, В.Ф. Быковский и Г.Г. Нелюбов. Нелюбову не удалось слетать, судьба его сложилась драматично: выпивал, не дожил до старости – погиб…
А Королев снова в Тюратаме и нацелился на полет к Венере. Может быть, утренняя планета окажется гостеприимней Марса? Женщин Сергей Павлович всегда любил и шутил, что надеется на взаимность, ведь Луна отнеслась к нему благосклонно.
– Не ревнует еще твоя Нина к Венере? – без улыбки спросил как-то Королева Пилюгин. – Моя ревнует даже к железкам.
Сергей Павлович засмеялся, а вечером написал Нине Ивановне:
Казахстанская степь, скованная холодом, постанывала от ледяного ветра. Первый старт автоматической межпланетной станция (АМС) к Венере прошел нормально, однако дальше околоземной орбиты станция не ушла: дала сбой четвертая ступень ракеты-носителя.
– Не пожелала Венера сдаться, – сказал замерзший Воскресенский, – ее понимаю! Даже при большой страсти я в такой собачий холод на свидание бы не пошел. Зря Хрущев надеялся на новый триумф.
– И мы не сдадимся, – сказал Королев.
12 февраля 1961 года вторая попытка: на 97-й день полета, впервые в мире преодолев земное тяготение и пройдя в 100 тысячах километров от Венеры, АМС сгорела.
Королев огорчен, но держится. И, как всегда, ведет наступление и по другим направлениям: продолжает испытания ракеты Р-9 – «девятки», проверяет готовность антропометрического манекена для отправки его на орбиту. «Девятка» нравилась Королеву: меньшая по весу, чистая по топливу (кислород и керосин), она казалась более красивой, но не менее боевой младшей сестрой «семерки», завоевавшей титульное имя «космической ракеты».
Вот и 9 марта 1961 года «семерка» отправила в околоземное пространство манекен – на полигоне его прозвали Иваном Ивановичем – вместе с собакой Чернушкой. Корабль благополучно вернулся, и 25 марта был запущен еще один – опять с манекеном и собакой Звездочкой. И его полет завершился удачно.
На втором пуске присутствовала приглашенная Королевым шестерка первых космонавтов.
Впервые заговорили о том, кто первым полетит в космос, еще в январе 1959 года на совещании у Келдыша. Тогда же правительство утвердило новую программу: было принято постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О медицинском отборе кандидатов в космонавты». 22 мая 1959 года вышло еще одно постановление – «О подготовке человека к космическим полетам». 10 декабря 1959 года принято третье – «О развитии исследований по космическому пространству». 3 августа 1960 года создан в Щелковском районе центр подготовки космонавтов (Звездный городок).
Королев высказал свою точку зрения – в космонавты должны готовить летчиков-испытателей. Специалисты Института авиационной медицины начали отбор кандидатов: возраст до 30 лет, рост не более 170–175 сантиметров, вес до 70–72 килограммов. Проверяли устойчивость летчиков к перегрузкам, индивидуальную переносимость гипоксии и прочее. Пройти комиссию из почти двухсот претендентов удалось двадцати. Некоторые отказывались сами, а среди отсеянных были спокойно воспринимавшие отказ, но были и самолюбиво уязвленные, уезжавшие обратно в свою воинскую часть с обидными словами:
– Станете Лайками! Вас будет готовить ветеринар Яздовский!
Вероятно, кое-кому и кроме них то, что подготовку людей к полету в космос будет осуществлять медик, набивший руку на приучении дворняг к скафандрам, перегрузкам и ко всему прочему, казалось, мягко говоря, не совсем верным решением. Но других специалистов с опытом не было.
Руководил Центром подготовки полковник медицинской службы Е.А. Карпов, а возглавил программу как помощник главкома ВВС по проблемам космонавтики генерал Н.П. Каманин: Королев помнил его с далеких 30-х годов по ведомственному дому на Конюшковской.
Программа щедро финансировалась. 1 января 1961 года в СССР прошла денежная реформа: 10 рублей стали равны новому одному рублю. На тренировках кандидаты в космонавты получали вознаграждение: за каждый час пребывания в опытных установках – 12 рублей, если были в обычной одежде, в спецснаряжении – 15 рублей; за нахождение в испытательных кабинах с условиями, приближенными к высоте 3000–6000 метров, соответственно 250 и 350 рублей в сутки. Один полет на самолете с экспериментальным созданием кратковременной невесомости приносил 200 рублей. Лекции будущим космонавтам читали: Тихонравов, Бушуев, Раушенбах, Феоктистов и другие. В число преподавателей вошли летчик-испытатель Галлай и мастер парашютного спорта известный летчик Никитин.
