Чтобы подавить восстание заюрских магнатов, Хлотарь II использовал тактику, какую впервые применила Брунгильда в 590-х гг., а именно — сделал своей опорой ирландских монахов. Ведь ученики святого Колумбана очень давно поддержали короля Нейстрии. К тому же, в отличие от аристократов с окружающих земель, для них было однозначно выгодным восстановление сильной королевской власти, способной предоставлять все новые дары и привилегии. С тех пор монастырь Люксёй стал проводником королевской политики в Бургундии. Аббат Евстасий и провел переговоры с Левдемундом о капитуляции последнего; в обмен на королевское прощение епископ Сьонский согласился предать заговорщиков, в число которых входил. Тогда же колумбановские монахи заявили, что обнаружили в округе Юры очаг «боносиянской» ереси. Поскольку древние авторы так и не пришли к согласию в вопросе, что такое «боносиянство», в обоснованности этого обвинения можно усомниться. Может быть, этот слух был пущен лишь ради того, чтобы продемонстрировать пастырское нерадение епископата, который поддерживал фаронов{975}. Ведь на фоне мнимых заблуждений бургундского духовенства Хлотарю II было легко изобразить себя поборником чистоты христианской догмы.
Восстание в Заюрской Бургундии, дискредитированное, потерпело неудачу. Сам Алетий в конечном счете был схвачен и предстал перед судебным собранием в Мале, близ Санса. Меньше чем через год после того, как патриций предал Брунгильду, чтобы восстановить независимость своего региона, он был приговорен к смерти тем королем, которого возвел на трон Бургундии{976}.
В последующие годы Хлотарь II продолжал опираться на Люксёй и его сеть, усиливая контроль над регионом. Тогда некоторые аристократы поняли, что с меровингским централизмом придется смириться. Так, знатный бургундец Изерий согласился поддержать «евангелизаторскую» акцию аббата Евстасия против «боносиян» и даже основал монастырь по уставу святого Колумбана. В награду, пусть даже источники воздерживаются от подобного толкования, двое его родственников получили высокие должности во дворце Хлотаря II{977}. Среди магнатов-оппортунистов можно найти и семейную группу
Восстановление Regnum Francorum
Таким образом, чтобы удержать в руках тройственную монархию, Хлотарь II должен был проводить парадоксальную политику. Он, палач Брунгильды, спешно уничтожал людей, выдавших ему королеву, потому что они представляли угрозу для власти Меровингов. В то же время он шел на то, чтобы щадить бывших сторонников своей противницы, поскольку эти люди часто были полезными для сохранения сильного централизованного государства.
Поэтому во время кризиса 613 г. многие высокопоставленные лица, считавшиеся близкими к Брунгильде, избежали ожидаемой чистки. Дезидерии, последний из великих советников королевы, остался епископом Оксерским. Хлотарь II демонстративно проявил к нему милость, сделав дары его церкви. Можно даже допустить, что Дезидерии добился от короля выполнения духовных статей завещания Брунгильды{978}.[191] В Лионе епископ Аридий тоже сохранил свой пост, и Хлотарь II оказал ему почести, объясняемые почтенным возрастом епископа… или враждебностью, которую тот выказал к Ромариху[192]. Не побеспокоили также Гаугериха Камбрейского или Харимера Верденского, обязанных своими постами Брунгильде. Еще удивительней, что Хлотарь II оставил при должности епископа Домнола, полулегально служившего во Вьенне после убийства святого Дезидерия{979}. Уважение к епископату, даже когда в его состав входили противники, придавало большую силу франкским монархам. Ведь ради объединения
