— Ты… — в ярости прохрипел он и обрушил прямой, бесхитростный удар на голову человека. Тот подставил меч, хладнокровно отбив топор в сторону и резко вывернул кисти, для такого движения даже названия нет — клинок вошел снизу вверх, глубоко в мышцу руки. Выдернув меч, Граф воздел его над головой, крикнув:
— Это и есть ваше испытание?!
Что началось вокруг арены — словами не передать. Кентавр стоял, покачиваясь, зажимая рану второй рукой, но они узрели, что нашему лучшему фехтовальщику десятник великой степной армии на один зуб. Лорд Гленарван, кажется, что он сейчас откусит от частокола кусок бревна и будет его долго жевать от злости, процедил:
— Послать за Ризом!
— Я здесь, вождь, — донесся высокий голос, удивительно высокий для степняка. Девушка? Но нет, через толпу с трудом пробрался юноша, вооруженный алебардой. Почти без защиты, лишь там, где человеческая часть переходит в лошадиную, пояс с нашитыми стальными пластинами. Тоже невысокий, на голову ниже среднего воина-кентавра, светловолосый, немного даже лопоухий. Шкура тоже светлого цвета, но, если у того же Линда она действительно, как песок, здесь скорее золото, богатое и сияющее. Жилистый и двигается, будто река течет. У таких ребят очень сложно предугадать выпады, возможно, он и в самом деле лучший.
Правда, Линд, или сам Граф, вроде как говорили, что сильнейший в стане степняков всегда вождь. Темный Дождь сам покинул арену, но сразу за частоколом упал без сил. Кажется, первая рана задела жизненно важные органы. Я со страхом увидела боковым зрением, как его обвязали веревками за ноги и куда-то тащат.
Очень медленно на сей раз шел противник. Каждую секунду изучал движения Графа, но тот, как назло, застыл в одной горделивой позе, небрежно воткнув меч в землю. Он даже не смотрел на кентавра.
Юноша остановился напротив и едва заметно наклонил голову, выказывая уважение к необычному противнику. Громко назвал свое имя:
— Риз Дийом, рожденный под Карающей горой.
— Ульгем. Безродный, — насмешливо и с затаенной горечью отозвался человек. — Счастлив буду скрестить оружие с тем, кого лорд Гленарван ценит даже выше, чем своего десятника.
— Под его командованием скоро будет тысяча воинов! — громогласно произнес вождь.
— Что ж. Рад за него, — без тени улыбки сказал Граф и выдернул из земли оружие. — Анбинден!
Непонятно, к чему он. Кентавры не знают о школах фехтования и не осведомлены о том, что в начале поединка клинки требуется красиво скрестить. Либо сам возглас для Графа важнее, но, судя по его напряженному взгляду, враг сейчас попался не из простых. Тем не менее, боец степей догадался, чего от него хочет разодетый мечник и уважительно протянул руку, коснувшись острым лезвием алебарды клинка. Человек усмехнулся и медленно пошел по вытоптанной сотнями драк земле, мягко опуская стопу, не отрывая взгляд от кентавра.
Молодой воин тоже не стал с воплями нападать. Его передвижения подобны кошачьим, никак не тяжелая поступь боевого коня, но осторожные шаги, не оставляющие даже небольших завихрений пыли. А ее здесь полно, хоть частично и орошена, стянута кровью.
Постепенно оба начали сокращать расстояние. Граф, конечно, понимал, что в любом случае получит первый удар, но другого пути не было. Если с десятником он еще мог как-то фехтовать, то алебарда давала хозяину огромную дистанцию атаки, возможность наносить рубящие и колющие удары, а также цеплять противника или его оружие специальным крюком. Кроме того, парень явно слывет великим поединщиком. Значит, его силы достаточно, чтобы проткнуть любого латника-кентавра, а слабым подобный удар точно не назовешь.
Оружие стремительно свистнуло в воздухе. Мечник дал острию ударить в плоскость меча, но от уходящего обратно крюка отскочил. Риз с невероятной скоростью начал атаковать чужака, проводя великолепные и смертельно опасные удары в голову, грудь, ноги, стремясь то ранить Графа, то лишить его возможности передвигаться. Тот перестал даже вращать мечом, отбивая удары, и просто старался уклониться. От последнего движения ему снова пришлось валяться на земле, поскольку кентавр провел изумительную атаку в пояс и тут же коротким ударом подсек ноги.
Граф просто отпрыгнул в сторону и перекатился через плечо. Тут же его снова настигла безжалостная степная сталь, зацепив гарду меча, однако не очень массивный на первый взгляд мечник уперся ногами в землю и рванул алебарду за древко, отчего Риз едва не выпустил оружие, но человек уже прыгнул к нему и пришлось стремительно развернуться, снеся нападающего крупом.
Несколько раз подряд оказавшись в пыли, наш предполагаемый защитник не падал духом. Он поднялся, злобно усмехаясь — такая улыбка появляется на моем лице в шторм — и снова бросился на врага. Риз начал вращать алебарду, словно лопасти ветряной мельницы, ускоренные в десятки раз, раздавался звон, но ни один не желал уступать. Оба, и юный кентавр, и ярко одетый мужчина явно наслаждались схваткой, но я отчетливо видела каждое движение Графа, пока клубы пыли, выбитые копытами, ногами и металлом, не стали скрывать от нас часть происходящего.
