— Все рано или поздно умирают, — прошептал Сейтарр в звенящей тишине.
— Нет! — выкрикнул шаман, стягивая нелепый убор из перьев, веток и прочего хлама.
Граф, прикрыв глаза, договорил:
— Но, что самое прискорбное, вы недооценили мою силу.
Вождь был все еще жив. Он приподнялся на локтях, нам открылась первая страшная рана — поперек груди, рассекшая даже кости.
— Добей… — прохрипел он и закашлялся. Из-под могучего тела растекалась уже небольшая лужица крови, что не могла даже уйти в твердую, плотную землю. — Дай мне умереть спокойно и не думать о своем позоре…
— Нет, — произнес Граф, набрав воздуха в грудь и так же медленно выдохнув. — У тебя есть сильные целители. Не стоит думать о проигранной схватке, как о конце жизни. Каждый поединок только повод стать сильнее, независимо от того, выиграл ты или проиграл. Ты нужен своему народу.
Помолчав, добавил:
— А нам нужен наш король.
— Забирайте его… и провалитесь в преисподнюю! — зарычал кентавр, беспорядочно дергая ногами. Створки ворот открылись, и к нему сбежались женщины, верные стражи, шаман кричал на всех, что они только мешают, и раздавал направо и налево удары увесистым посохом.
— Интересно, а у них, случайно, нет славной традиции — добивать поверженного вождя? — задумчиво сказал Деррек.
— К кресту! — велела я. Пространство вокруг нас немного освободилось, из-за ворот выбежал Граф с мечом в руках, я развернулась к нему корпусом, хлопнув по боку. Мечник благодарно кивнул и запрыгнул на спину — до того места, где распят Фастольф, чуть меньше мили по прямой.
— Руку перевяжи хотя бы, — крикнула я. Граф возразил:
— Все в порядке, капитан.
— То есть как — в порядке? Тебя же проткнули насквозь!
— Потом расскажу. Давайте убираться отсюда.
Кентавры ошеломленно пропускали нас. Думаю, впервые за всю их историю был кто-то настолько дерзкий, чтобы нарушить табу, затем выиграть испытание боем и забрать пленника. Вряд ли степняки отдавали себе отчет в важности человека, которого пытали, но сам факт того, что у них из центрального стойбища что-то забирают, причем честно и с согласия лорда, приводил разум копытных к ступору.
Хвала богам, король жив. Его дряблое, измученное тело не двигается, но грудь едва заметно приподнимается и опускается. Осторожно опустив грубо отесанные бревна на землю, я приказала развязать веревки на руках и ногах, а сама прижала ладонь к груди и начала наспех перебирать все известные исцеляющие заклинания. Ногу и глаз отрастить не удастся, по крайней мере, не здесь и не моими силами, но жизнь ему я сохраню.
Наконец, его дыхание стало ровным, страшные обожженные шрамы сошли, а культя ноги затянулась розовой кожей. Деррек принес наши мешки — их так и свалили грудой около шатра вождя — и достал одеяло, которым бережно накрыл Фастольфа. Так себе затея, конечно, в летнюю жару, но ничего тоньше у нас нет. Хотя бы слепни не будут досаждать. Я с досадой оглянулась по сторонам, намереваясь найти что-то вроде маленькой тележки или даже волокуши. Безрезультатно.
— Демон бы их побрал, — скрипнула зубами я, — надо связаться с Джадом. Пусть достанет нечто вроде флевилла или куфа, и вышлет нам навстречу. До тех пор будем нести его на одеялах, на спине постоянная тряска, а король еще слишком слаб.
Сейтарр порылся за пазухой и достал связку амулетов, выбрал из них тускло-голубой кристалл, ограненный в форме ромба. Сказал:
— У меня есть амулет левитации…невероятно редкий и дорогой. Я никогда его не использовал, но может помочь, капитан.
— Дай сюда, — отобрала я стекляшку, — потом новый купишь. Двадцать штук. Как он работает?
— Нужно поместить на шею или в руки, вот так… и сказать «Тарим».
Тело пленника тут же взмыло в воздух. Не слишком высоко, интендант несколько раз провел пальцами по кристаллу, который покоился на одеяле, и король, висящий в воздухе без сознания, поднялся еще выше.
— Отлично, — обрадовался Деррек. — Теперь привяжем его за ноги…
— …и четвертуем? — иронично спросила я. — Скрепи концы одеяла вот так… да. Он все равно плывет в воздухе, но глотать пыль из-под наших копыт его величеству ни к чему. Поэтому повезем перед собой. Древко копья вставь вот сюда, и второе сюда.
Король, добротно и тщательно завернутый в одеяло, поплыл перед нами, подгоняемый тупыми концами копий. Мы разобрали мешки, продуктов совсем мало, но до места, где стали на якорь, дотянем. С Джадом я все же связалась, сообщила, что едем обратно. Старпом обрадовался, затем огорчился, услышав, что мы почти сжевали провиант, и пообещал подготовить пир.
Степные племена, в огромном количестве собравшиеся посреди земель, которые они исконно считали своими, остались позади. На наш трофей я вдобавок наложила Облако Безмолвия, чтоб его не потревожили звуки извне.
— Сколько будет работать твой амулет? — спросила я Сейтарра. Он пожал плечами:
— Мне говорили, что он очень мощный. Но насколько мощный — не представляю. Может, всю жизнь можно вот так парить?
