Да и удача никогда не помешает. Есть поверье, что тот, кто дарит тебе предмет «на удачу», отдает частицу своей удачи, совсем крохотную. В таком деле любая кроха пригодится.
И пусть он стоил от силы пять медных… но деньги-то я уплатила совсем за другое.
За сим и покинули лавку.
Проходящий мимо олень мягко боднул Чинку покатым лбом, на месте рогов виднелись только несуразные мягкие отростки. Она погладила животное, порылась по карманам, но ничего не нашла.
— Хватит кормить местную живность. И так полный корабль собак будет, — наставительно сказала я, шлепнув оленя по крупу, мол, иди дальше, уважаемый, — их даже в трюм не затащишь, потому что не пролезут.
Честно говоря, у нас и трюма нет, в том значении, что используют моряки на торговом флоте. Пространство между второй палубой и балластом совсем небольшое, туда мало что можно погрузить. Но мы называем трюмом нижнюю палубу, да и захваченные грузы складируем именно там.
— Ясно, капитан. А тот торговец — он кто?
— Мард. Ты что, мардов никогда не видела? В столице они нет-нет, да вылезали на поверхность.
— Не-а, — покачала головой она.
— Во даешь. Хоть тирренов видела?
— Видела. А мардов как-то не встречала. Что он делает тут, на севере?
Покачав головой, я задумчиво произнесла:
— Хотела бы я знать… слышала, что у подземников тех, кто отправляется в путешествие по поверхности, клеймят званием безумцев.
— Он не похож на безумца. Добрый дядька такой.
— Скорее, хитрый.
Чинка возразила:
— Но добрый.
— Но больше хитрый, чем добрый.
— Ну, нет. Амулет подарил!
— Но деньги взял. Значит, хитрый.
— Ладно, — неожиданно согласилась она. — Пусть будет хитрый. Капитан, а зачем вам портрет вдруг понадобился?
Я пожала плечами:
— Есть надежный способ связаться с другим магом, даже если ты его до этого не встречала. Но одна проблема — внешности королевского мага никто не запомнил.
— Может, урод, — предположила Чинка. Покачав головой, я пояснила:
— Маги обычно не придают значения таким вещам. Разве что он совсем не человек, только тогда могу допустить подобную причину. Но у нас еще есть пророчество.
— Какое?
— То самое, которое Фастольф получил перед отъездом. В нем сказано, что, среди прочих, ему понадобится маг, никогда не покидавший своего дома. Представляешь, какой смрад у него возле дома стоит?
Чинка поморщилась:
— Ага. Нечистоты надо куда-то выливать, хотя бы за окно. А так, чтоб щелкнуть пальцами, и оно все само почистилось?
— Тогда щелкать пальцами должен один из верховных. Но, как я слышала, они не едят обычной еды, а питаются иными веществами. Чистой мощью стихий, к примеру, — поделилась я сказками, которые в невероятных количествах рассказывали студенты. — Или изобретают специальных големов, которые за хозяином подчищают. Им же некогда, они великие.
— Фу, — сморщила нос она.
— Да. От всех подобных историй ощутимо несет. Непреложная истина.
— То есть, мы ищем мага, от которого воняет?
Я возмутилась, хотя сама же и привела ее к подобному выводу:
— Да не обязательно! С чего ты взяла? Он уже триста раз проветрился в дороге. Хотя марды туги на нюх, Тонмар мог и не заметить.
Мерно продвигаясь по раскисшей дороге — чавк, чавк, чвяк, — мы все-таки выбрались за город, с удивлением обнаружив, что дорог там нет вовсе. Сначала на едва отросшей траве пополам с грязью поскользнулась Чинка, я успела подхватить ее за локоть, потом та же оказия приключилась со мной. На этот раз упали обе, потому что меня героически пытались поймать. Только я в силу телосложения вешу фунтов на пятьдесят больше.
Вымазались, как три свиньи. В смысле, мы вдвоем — как три. С грехом пополам оттерли одежду пучками растительности и побрели дальше. Дом травницы оказался значительно дальше, чем я предполагала, но все же мы до него добрались. Небольшой домик на сваях с пристройкой, судя по всему, исполняющей роль склада. Я постучала в дверь. Постучала еще раз, требовательно, настойчиво. Тишина. Я задумалась и спустя мгновение мрачно подытожила:
— Мы идиотки. У нее сейчас самый сезон заготовки, дотемна будем ждать.
— Уже за полдень перевалило, — обнадежила меня Чинка. — Пару часов можно и подождать.
Я вздохнула, затем присела на грубо сработанную деревянную скамейку. Пару часов можно и подождать, тем более, я б и сама глянула на ее травы. На севере растет травка-беспокойница, применяемая в исцелении насылаемых кошмаров, за нее и десяток золотых не жалко отдать. А потом перепродать за тысячу знающим людям, хе-хе.
Рыжая уселась на крыльцо и достала несколько листов бумаги, поглядывая на меня. Я с подозрением спросила:
— Ты чего это задумала?
— Практику, — улыбнулась она.
— На кой? Тем более, меня. Природу вон рисуй. И не забудь оставить пару чистых, если травница все же видела лицо мага.
Чинка обиженно хмыкнула и устремила цепкий взгляд вдаль, как будто пыталась найти там ту, кого нам предстояло дождаться. Вокруг одни редкие деревья да земля, плоская, как стол. Полей нет, как нет и земледелия вообще. Причины, думаю, очевидны. Говорят, Ластраль закупает муку и зерно по баснословным ценам.
