– Это поместье, как бы сказать… было возведено тем, кому принадлежит право зваться родоначальником семьи Рэйвенскрофтов. Его, по совпадению, тоже звали Джоном. А семейство наше живет здесь бессменно с тех самых пор. – Он внимательно поглядел на Томаса. – И, по семейному преданию, он был ясновидцем.
Для Джанет это было новостью. Она хотела задать вопрос, но Том упредительно положил ей руку на запястье и взглядом призвал молчать. Рэйвенскрофта они слушали, не перебивая.
– То есть ему порой удавалось заглядывать в будущее, – пояснил тот. – Одно время считалось, что ясновидением в том или ином виде обладают люди родом с Северного нагорья. А тот Джон, по слухам, использовал свой дар при ведении дел, из-за чего семейство Рэйвенскрофтов неизменно процветало. Сколотив приличное даже по тем временам состояние, первый Рэйвенскрофт начал строить это поместье. При этом он лично прорабатывал все детали. В нашей семье говорили, что он предрек некую темную участь то ли себе, то ли кому-то из своих потомков и готовился отразить ее на свой необычный манер.
Том посмотрел на Рэйвенскрофта и с легкой улыбкой сказал:
– И ему это удалось. Не будь я по рождению человеком, находиться здесь с вами было бы мне не под силу. Созданные при возведении этого дома обереги для созданий Страны Фэй гибельны. Этот дом зиждется на одном из великих меридианов и на сочленении двух лей-линий[5], что само по себе обеспечивает поместью мощную защиту.
На этот раз Джанет не удержалась от вопроса:
– Лей-линии… это что, реально? Разве это не какая-то хохма в стиле нью-эйдж? Просто жесть. Ты хочешь сказать, что они в самом деле существуют?
– Да, миледи. Годы, проведенные мною в Стране Фэй, настроили меня на улавливание истинной магии. И в данный момент я чувствую вибрации этих линий силы столь же явственно, как и твои слова. Они меня буквально пронизывают. – Томас ободрительно улыбнулся Джанет и ее отцу. – Однако истинный шедевр вашего предка – это изгородь из рябин. Я еще никогда не встречал чего-либо подобного. Из уроженцев наших мест сквозь такой барьер никому не пройти.
Томас на какое-то время погрузился в свои мысли.
– Вот за этими линиями защиты вы и должны оставаться, пока я не разделаюсь с темными посланцами.
Джон Рэйвенскрофт поглядел в удивлении, после чего прогремел:
– Ты ожидаешь, что я буду сидеть сложа руки, прячась за этими стенами?
Рыцарь Розы, возглавлявший в Стране Летних Сумерек целые рати, распоряжаться умел ничуть не меньше, чем человек, который сейчас стоял перед ним. И он с холодком произнес:
– Джон, вы бы отправили на одну из своих встреч кого-нибудь, кто ничего не смыслит в вашем бизнесе?
– Вряд ли.
– Тогда прошу, позвольте заняться своим делом тому, кто по-настоящему знает и понимает Страну Фэй. Ваше же присутствие будет моим поискам только мешать.
В тот момент, когда оба настороженно посмотрели друг на друга, в комнате нависло ощутимое напряжение. Не дав ему, впрочем, сгуститься, Джанет положила Томасу на плечо руку.
– Ты не ответил: почему я? – спросила она. – Что я такого сделала, чтобы привлечь внимание этой самодурши-королевы?
Томас начал было объяснять, что ему сказала матушка Хэйнтер, но его прервал громкий звонок мобильника Рэйвенскрофта. Джанет была раздосадована, но Томас наблюдал с живым интересом, как немолодой почтенный джентльмен что-то говорит в металлическую безделушку, которую держит в руке. Вместе с тем как Рэйвенскрофт нахмурился, Томас тоже забеспокоился.
По окончании разговора Джон Рэйвенскрофт посмотрел на них с мрачноватой улыбкой:
– У главных ворот, или по крайней мере того, что от них осталось, стоят двое детективов. Эти джентльмены ждут, чтобы я через десять минут спустился в кабинет службы безопасности и ответил на все их вопросы о том, что произошло. После этого, полагаю, они попросят обыскать поместье.
И с суровым взглядом добавил:
– И я собираюсь им это разрешение дать.
Глаза Джанет расширились, и она снова потянулась к руке Тома, когда отец продолжил:
– На самом деле это единственный способ предотвратить настоящее бедствие в виде орды полицейских, которые на какое-то время встанут здесь лагерем.
Томас при этой мысли напрягся. Рэйвенскрофт внимательно посмотрел на них обоих:
– Нам всем было бы гораздо легче, если бы вы оба исчезли в вашем невидимом мире.
Его дочка крепче стиснула руку Тома.
– Не дождешься, – она дерзко взглянула на своего отца. – Я и сама знаю, где здесь можно неплохо укрыться. Что уж я, за всю свою жизнь в этом доме и место под несколько схронов не подобрала?
Рэйвенскрофт выставил перед собой руку:
– Только где именно, лучше мне не говори. – И снова улыбнулся: – Ну, тогда удачи и, наверное, увидимся утром?
После того, как они ушли, лицо Джона Рэйвенскрофта превратилось в мрачную маску, словно он готовился ринуться в бой. В сущности, так оно и обстояло. Эти двое наверняка будут кропотливо дознаваться насчет кровавой бойни, следы которой все еще лежали возле передних ворот поместья. Допрос как пить дать займет много часов; хорошо, если до постели удастся добраться хотя бы к рассвету.
