— Вода у вас есть? — спросила я его. Запив таблетку, я рассказала полковнику о том, что мы нашли тайник и что в нём находится.
— Вот ключ. Диск я положила обратно. К деньгам мы не прикасались, а свои документы на дом и фирму, паспорт и все свои бумаги, Маша забрала.
— Хорошо. Сейчас произведём обыск и сделаем изъятие из тайника. Сначала вас опросят по поводу Артёма, когда, что и где вы слышали о покушении на Людмилу Соколову. А по поводу тайника, не будем торопиться с выводами. Посмотрим, что к чему.
— А Влада могут отпустить? — чуть не плача спросила Маша.
— Сейчас мы его задержим по подозрению в двойном покушении на убийство.
— А кто второй? На кого он ещё покушался? — настороженно спросила Маша.
— Маша, вторая Соколова. Сначала напишите заявление и в нём укажите все обстоятельства покушения на вас и его признание вам об убийстве Соколовой. Вы пойдёте на это?
— Да, — решительно ответила Маша. От смущения, лицо её покрылось красными пятнами.
В отделении мы пробыли до обеда. Сильная боль так и не отпустила мою голову. Вадим Петрович вызвался присутствовать при нашем опросе, помогал заполнять протокол. Закончилась необходимая процедура опроса, и мы вместе со следственной бригадой и понятыми выехали в усадьбу к Марии. После изъятия содержимого тайника я, попрощавшись со всеми, приняла от полковника сожаления по поводу моего недомогания и уехала к себе.
От перенесённого стресса у меня всегда скачет давление, да и весна — помощница гипертонии, со своей переменчивой погодой не даёт расслабиться. Надо приложить горчичник на затылок. Заполнить грелки горячей водой и положить под икры ног. Выпить таблетки и ещё одну положить под язык, и опустить сознание в тишину и небытие. Но голова не могла найти себе покой, потому что последние события не хотели отпускать от себя надолго.
— Завтра надо съездить в Москву. Хотя бы цветы полить. Как время летит. Только недавно я приехала на дачу. Ничего не предвещало, что могут произойти такие бурные события.
Наконец, удалось провалиться в глубокий сон. Разбудила меня трель дверного звонка. Я удивилась, увидев в экране домофона полковника.
— Вадим Петрович? Что случилось? Я не при параде, — сказала я смущающемуся полковнику, который был одет в штатский костюм. В его руках был букет почти распустившихся роз и целлофановый пакет.
— Вы уж простите меня великодушно, но вот хотел справиться по поводу вашего здоровья, уж очень вы меня сегодня напугали своим видом и настроением, дорогая Маргарита Сергеевна. Вот вам витамины, — он выложил на стол фрукты, — а это для души, — полковник протянул мне букетик из трёх роз, — ничего не понимаю в цветах, — мялся в смущении Вадим Петрович.
— Ой, Петрович, вы такой молодец, а я сейчас только подумала, вот бы что-нибудь из фруктов слопать. Знаете, после приступа есть так хочется. Давайте я сейчас… — но полковник не дал мне договорить.
— Нет, сейчас если позволите, я буду вас кормить. Ложитесь и продолжайте лечение покоем. Я сбегаю в машину и принесу мясо. Где у вас передник? — сняв пиджак, он по-хозяйски вымыл руки, надел висевший на крючке яркий передник и провозгласил:
— Сегодня я вас накормлю холостяцким обедо-ужином!
— Как здорово! Первый раз на этой кухне будет готовить мужчина, — сказала я устало, и пошла, переодеваться к обеду-ужину. Неудобно сидеть за столом, с ещё мало знакомым мне мужчиной в ночной сорочке и халате.
Я поднялась в свою комнату и задумалась, во что бы мне облачиться. После нашего с Олегом развода, моя Дарья изрезала на кусочки все мои халаты. Дело в том, что до развода я, как и большинство российских женщин облачалась дома в халатики, которые у нас в России надо сказать шьют непонятно по каким лекалам. Откуда производители взяли эти фасоны, материалы, расцветки? Специально сделав из нужной в жизни женщины одежды, какое-то чудовище, в котором она превращается в гибрид старухи и крокодила.
Дашка таскала меня по магазинам и набрала кучу вполне приличных платьиц, в которых можно и на улицу выйти и дома чувствовать себя женщиной. Широкие длинные футболки, бриджи, лёгкие брюки и воздушные блузочки теперь заменили мне все мои идиотские халаты.
— Ты, мама, мне ни разу в жизни, ни одного халата не купила, кроме ночного и махрового, а сама ходишь, как старуха! — ругала она меня. И я её слушалась, потому что она была права. Для женщины халат — враг номер один! Хуже самой старости, потому что и в возрасте женщина должна выглядеть королевой!
Я надела чёрные брючки и длинный пуловер из лёгкого трикотажа. Пуловер сконструирован так, что воротник-хомут можно сделать как декольте с открытыми плечами или оставить красивым свободным воротником. Смущать гостя своими открытыми плечами я не стала. А вот прилагавшийся к пуловеру широкой трикотажной резинкой я собрала волосы. Вот теперь припудрив носик и взбрызнув за ушком «Клемма» глянув в зеркало, я себе понравилась.
