– Если твоя жизнь будет моей, ты освободишься от власти мутури.
– Она будет сердиться, но все равно будет иметь надо мной власть. Только мутури может благословлять союзы.
– Она откажется от благословения, чтобы наказать тебя? – спросила Дар, потому что не предполагала такой возможности.
– Возможно.
– Я бы не спрашивала об этом, если бы моя нужда не была велика.
– Почему я? Я слишком молода, чтобы быть мудрой.
В оркском языке не было слова «доверие», так как для этого требовалось понимание обмана. Поэтому Дар пришлось объяснять причину по-другому.
– Всякий раз, когда я искала мудрости, мне советовали следовать за своей грудью. Так я поступаю и сейчас. Мне нужен совет, который исходит из любви. Еще до моего перерождения ты встала на мою сторону.
– Потому что ты спасла жизнь брату.
– Думаю, Мут ла послала меня спасти не только его. Возможно, чтобы спасти всех уркзиммути. Я единственная живая мать, которая видела войну. Если мое правление не удастся, многие другие тоже могут увидеть это.
– Я ничего не знаю ни о войнах, ни о советах матриархов, – сказала Нир-ят. – Чем я могу быть полезна?
– Я не знаю королевских обязанностей и этикета. Маленькие ошибки делают человека глупым, а у глупцов мало последователей.
– Если ты укусишь меня за шею, мутури усложнит мне жизнь.
– Я знаю, поэтому лучше тебе жить со мной.
– Навсегда?
– Если у меня получится, думаю, мутури простит тебя. Если же я потерплю неудачу, то погибну. Тогда ты освободишься от своих обязательств.
Нир-ят надолго задумалась. Дар, чувствуя ее внутреннюю борьбу, терпеливо ждала. Наконец Нир-ят заговорила.
– Сестра, я последую за своей грудью.
Она опустилась на колени, наклонила голову и отвела волосы в сторону, обнажив шею.
Дар опустилась на колени рядом с сестрой. Как можно нежнее она укусила Нир-ят за шею – достаточно сильно, чтобы оставить след. Затем она обняла ее.
***
Отар был удивлен тем, как много офицеров посетило его. Он уже видел двух сустолумов и одного толума, а ведь еще не наступил полдень. Карг был вторым толумом, с которым он беседовал. Служить в полках орков было позорно, и перемещенные офицеры стремились получить должности. Отару не требовалось особых способностей, чтобы понять их отчаяние.
Колдун расспрашивал каждого офицера, поскольку устные ответы были более точными, чем впечатления, полученные с помощью чтения мыслей. Тем не менее Отар обычно основывал свои суждения на последних. Он уже решил, что Карг не подходит, как и остальные, сочтя его неумелым в обращении с женщинами. Отар уже собирался завладеть разумом Карга, как вдруг обнаружил интересное воспоминание.
– Королева орков служила под твоим началом.
Карг удивился.
– Откуда ты это знаешь?
– У меня есть свои способы.
– Да. Она была в моем шилдроне. Тогда она была всего лишь распутницей орков. Однажды я даже выпорол ее.
Отар улыбнулся под своей серебряной маской.
– Должно быть, это было забавно.
– Я этого не делал. Только отдал приказ.
Отар обнаружил еще одно воспоминание – куда более полезное.
Как только это имя прозвучало, в голове Карга возникли образы сурового мужчины с пронзительными голубыми глазами.
Карг не замечал пристального взгляда.
– Да, если бы Коль захотел, ей бы пришел конец. Тогда бы все не пошло прахом.
– Они были врагами?
– Она была единственной женщиной, которую Коль так и не приручил. Он не мог с этим смириться.
– Где он сейчас?
– Кто знает? Полки разбежались.
Затем лицо Карга померкло, и Отар завладел его разумом.
Колдун неторопливо прощупывал воспоминания своей последней жертвы, выискивая дополнительную информацию. Чем больше он узнавал, тем больше убеждался, что Коль идеально подходит для его планов. Закончив осмотр, Отар заговорил.
– Возвращайся в свое жилище. Завтра ищи поединка. Проиграй его.
После того как остатки толума Карга ушли, Отар позвал Горма. Молодой человек быстро появился.
– Слушаюсь, господин, – сказал он без тени подобострастия.
– Я больше не хочу видеть офицеров. Вместо них найди человека по имени Коль. Он был старшим мердантом в полках орков. Убеди его встретиться со мной.
– Многообещающий кандидат?
– Очень перспективный.
***
– Каждый ханмути – ханмути Мут-Маук, – сказал Нир-ят.
– Значит ли это, что я должна первым поприветствовать его? – спросила Дар.
– Хай. Но не называй своего имени, ибо все его знают. Вместо этого благослови мать.
– Пусть Мут ла благословит тебя? – спросила Дар.
– Да, но ты должна благословить ее по имени. Это очень важно. Всегда произноси его перед тем, как войти.
Дар со смущением вспомнила, как посещала ханмути Мета-ят.
– Значит, я делала это неправильно.
Нир-ят вздохнула.
– Ты все делаешь неправильно. Ты должна носить только зеленые кефы и красить когти в тот же цвет. И соски тоже.
Дар подавила улыбку.
– Мои
– Хай.
– Почему зеленые?
– Это королевский цвет.
– Моя предшественница не делала ничего подобного.
– Делала, пока вашавоки не заточили ее в темницу.
– Где я возьму этот зеленую краску для своих когтей и сосков?
– Она называется «талмауки». Ее дает Джвар-ят.
Дар узнала это имя.
