Королева разрушенных империй полностью

— Хорошо. А теперь соси, как от этого зависит твоя бессмертная жизнь.

Я высовываю язык, он проводит по нему головкой, солоноватый вкус смешивается со сладким ядом, отчего меня охватывает жар. Чувствую, как влага скапливается между ног, когда я широко открываю рот, принимая его длину. Он входит медленно, все еще держась за основание, его взгляд прикован к тому, как мои губы обхватывают его толщину, а щеки втягиваются.

Сначала он двигается неторопливо, выходит, чтобы войти снова, не слишком глубоко, сохраняя ритм размеренным, даже когда содрогается от моего языка, скользящего под его головкой. Его татуированные костяшки касаются моей щеки, потом он запускает руку в мои волосы.

— Вот так, моя вампирша, — он задает ритм, входя глубже и глубже, пока не достигает горла. Мои глаза слезятся, я сжимаю бедра, ощущая, как желание, чтобы он заполнил меня, разгорается внизу живота. Стону от его насыщенного, соленого вкуса, от аромата табака и чернил.

— Ты можешь быть королевой, но у тебя манеры как у демона, а рот как у богини, — шепчет он.

Он трахает мой рот быстрее, жестче, его хватка в волосах становится крепче, боль — идеальной. Он содрогается, и я наслаждаюсь его борьбой, попыткой удержать удовольствие. Его толчки замедляются, он нежно сжимает мою челюсть, смотря, как его член входит и выходит.

— Это еще не все, — его пальцы все еще сжимают основание эрекции. — Сможешь принять, интересно?

Я стону, а Ашен шипит от одобрения. «Не знаю, но попробую», — хочется сказать.

— Помни про стоп-сигналы, — он ласкает рукой мою челюсть, вытаскивает головку и возвращает обратно. Пальцы снова запускает в волосы, другой рукой скользит по шее, останавливаясь у горла, где он чувствует, как я заглатываю. — Потому что я отдам этому сладкому, грешному рту все, что у меня есть.

Еще один стон желания вырывается из меня, когда Ашен глубоко входит в мой рот. Я глотаю, и его ладонь перехватывает это движение. Голова его запрокидывается в экстазе, и он отстраняется, чтобы повторить.

Ашен входит снова, и снова. Рука его сжимает мои волосы крепче. Дрожь в его мышцах нарастает. С рычащим проклятием он погружается в меня в последний раз, теряясь в желании. Его семя смешивается со слюной, стекая по моему подбородку, и я стону, сжимая щеками член Ашена, который пульсирует. Я глотаю все, и это вызывает покалывание внутри меня, зажигая ту связь, что становится крепче с каждой каплей крови и возбуждения, что мы разделяем.

Когда Ашен вынимает член, долго изучает мое лицо: слезы, влажный подбородок и распухшие губы. Но смотрит на меня так, будто никогда не видел ничего прекраснее. Он проводит большим пальцем по моей нижней губе, стирая слюну, и его глаза темнеют с каждым прикосновением.

Ашен поднимается, сжимает мои бедра, придвигая ближе к центру. Мои руки выпрямляются, плечи побаливают от дискомфорта. Но мысли о боли быстро исчезают. Ашен прижимает мое бедро коленом, раскрывая меня перед своим жадным взглядом, чтобы коснуться каждого дюйма моей плоти.

— Вспоминаю о тебе на том помосте, как по твоим ногам стекали следы нашей близости, — шепчет Ашен, проводя ладонью по внутренней стороне бедра, замедляя движение, когда находит высохшую сперму на моей коже.

— Если честно, это было одно из немногих вещей, о которых я могла думать. Это и тот факт, что я была раздета под тонким шелком, который держался лишь благодаря тонкому поясу, — отвечаю я, слегка дергая за узел, связывающий меня со столбом. Глаза Ашена скользят по моим запястиям, когда из его груди вырывается низкий стон.

— А теперь ты — Королева Царства Теней. Всю вечность я буду преклоняться только перед тобой. Скажи, что только я делаю твою киску мокрой от желания, — шепчет он, медленно проводя пальцем по моим складкам, и потом показывает, как он блестит от возбуждения. — Скажи, что это буду только я.

— Ты уже знаешь, что это будешь только ты, — отвечаю я, бросая взгляд на метку у него на груди, где золотом сияют головы львов на Мече Нергала над геометрическим ликом шакала.

— Я хочу услышать это.

— Зачем?

Пламя в глазах Ашена меркнет, превращаясь в тлеющие угли. Его рука покоится на моем бедре, теплая и нежная. Когда он смотрит на меня, я вижу прямо его душу, мужчину, что сосуществует с демонической тьмой.

— Потому что я получил единственное, о чем мечтал, хотя и знал, что не заслуживаю этого. Я получил то, о чем даже не смел думать. Тебя. Ты выбрала меня. И я никогда не устану слышать это.

Мы замолкаем, глядя друг на друга в момент, что словно смягчает воздух между нами.

— Это всегда будешь только ты, Ашен. На все времена.

С каждым словом, слетающим с моих губ, в глазах Жнеца вспыхивают искры.

— Скажи, что только мои приказы ты будешь выполнять.

— Только твои. Но только когда захочу.

Его рука становится горячее на моем бедре. Один уголок губ Ашена изгибается в усмешке.