— Вот что я помню из ранних преданий. Все эти истории о вселении, призраках. Казалось, просто еще один человеческий миф, — отвечаю я.
Смех Аглаопы звучит, как музыка, согревающая каменные стены, а Эрикс оглядывается на нее с благоговением.
— Мы кое-что знаем о том, как прятаться среди человеческих легенд.
Я согласно мычу.
— Что еще, мистер Историк-Искусствовед-Ангел? — спрашиваю я, пока Эрикс полощет гобелен, и сквозь века грязи проступают яркие краски.
— Только то, что бессмертные открывали врата между мирами, впуская Нефилимов.
— Отлично. Если это правда, сколько их скрывается в Мире Живых?
— Не знаю, — пожимает он плечами. — Кажется, врата можно открыть лишь ненадолго, в древнем городе Русалимум6.
Я резко оборачиваюсь к Эриксу, и кусочки воспоминаний складываются в картину. Сердце бьется чаще от осознания. Стук молотка наверху прекращается — Ашен почувствовал мои эмоции. Слышу его шаги по лестнице, и он присоединяется к нам.
— Что случилось? — озирается он.
— Русалимум.
— Что там?
— Мила Каррас. Аммон Хассан говорил нам в первый визит, что ведьма Мила Каррас погибла в Иерусалиме. Помнишь? Конечно, мы знаем, что это неправда — она работала с Семеном над гибридами, украла личность Валентины.
Брови Ашена сдвигаются.
— И какая связь с Русалимумом?
— Эрикс только что сказал, что в текстах упоминалось: бессмертные открывали врата для Нефилимов в Русалимуме.
— Первый город Иерусалим. У источника Гихон, — его голос становится тише от осознания. — Если они нашли способ держать врата открытыми или открывать их снова, это там.
Мы с Ашеном переглядываемся с улыбкой — это первая зацепка, чтобы найти Нефилимов и остановить угрозу, пока не стало хуже.
— Что ж. Хорошо, что у нас скоро первое заседание Совета, — вытираю мыльные руки о полотенце. — Будет что пикантного рассказать.
Ашен фальшиво кашляет, берет меня за руку с самодовольной ухмылкой и ведет к двери, пока я машу сестре и Эриксу.
— Ты бы назвал себя «пикантным»? — скептически смотрю на него, когда он придерживает дверь.
— Нет, — его улыбка становится хищной, прежде чем сменяется напускным высокомерием. — Это твоя коллега Анна так меня назвала в баре «Лебедя».
Я бью его по руке, а он смеется — этот наглый, теплый, чудесный звук обвивается вокруг моего сердца.
— Ты просто ужасен.
— А ты любишь меня, — Ашен обнимает меня за плечи и целует в поджатые губы.
— Большую часть времени.
— Всегда.
Мы переходим к обсуждению предстоящего заседания, и по пути несколько демонов впервые не просто кивают мне из-под испепеляющего взгляда Ашена. Они говорят «здравствуйте» или «добрый день», прежде чем почтительно обращаются ко мне. Никто не шепчет оскорблений, не смотрит со злобой. Ашен никого не калечит и даже не угрожает. Честно, хоть мне и нравится, когда он одним ударом меча отсекает кому-то конечность, приятно не уворачиваться от фонтанов крови. Зато я усвоила важный урок: темная одежда — удобна. Когда Ашен забрызгал мой бежевый свитер мозгами, я ввела Правило Пятое: светлую одежду оставлять дома. И Правило Пять-С-Половиной: носить светлое белье, потому что брызги крови на лифчике сводят Жнеца с ума.
Я отгоняю мысли об обезглавленных демонах и окровавленном белье, когда мы входим в «Kur» — внушительное здание, хоть и ставшее уже привычным. Мы последние в Зале Совета, и все встают при нашем появлении. Коул кивает Ашену с легкой улыбкой, и мои надежда с облегчением отражают его чувства, переливаясь под кожей. Коул все еще выглядит уставшим, но гораздо лучше после того, как Ная согласилась на наши условия. Хотя ее запах жасмина и цитруса отдает адреналином, она кажется спокойной рядом с ним.
Когда все рассаживаются, начинается первое заседание полного Совета Царства Теней.
Сначала обсуждаем простые темы: отчеты Домов, впечатления от Гантлета, который все признают успехом, даже в Доме Мушуссу. Говорим о расширении пространства для душ, перераспределении территорий предателей. Я рассказываю о Нефилимах и вратах в Иерусалиме. Решаем отправить отряд солдат через проход, чтобы найти и закрыть их. Когда речь заходит о других закрытых вратах в Мир Живых, все соглашаются поддерживать ротацию для возвращения Жнецов, но это подводит к главному вопросу, самому тревожному. К тому, в котором я боюсь отказа.
Мое предложение простое: нам нужно отправиться в Царство Света и найти ключ к Судьбе Душ.
— Нет, — Хотару сразу отвергает идею просить разрешения на поиск камня.
— Следи за языком, — рычит Ашен.
— Нет, Ваша Светлость, — она переводит взгляд на меня. — Аннунаки ненадежны, даже если мы заключили союзы с отдельными личностями. Камни могут быть взяты только бессмертными при определенных условиях, верно?
— Да, — киваю я. — Древним бессмертным, способным путешествовать между мирами без проводника.
