Королева ромкома полностью

– Намекаешь на то, что я отвратителен? Мне это известно, – рассмеялся он.

Я закатила глаза.

– Тебе отлично известно, что ты не отвратителен. Имелось в виду, что ты живешь один на колокольне.

Он снова повернулся к экрану, улыбаясь, и я невольно залюбовалась им, настолько этот мужчина был хорош собой.

– Я не живу на колокольне. У меня там настоящая квартира.

Когда фильм закончился, мы в долгом неловком молчании шли к выходу – казалось, этот путь стал на тысячи миль длиннее.

У двери я кивнула ему.

– Ну что ж, спасибо.

Он скрестил руки, и взгляд у него при этом был такой, что я задрожала от волнения и предвкушения.

– Подай заявку на конкурс.

– Да, может быть. – Я махнула рукой.

– Джемма.

Наши взгляды встретились, и по позвоночнику пробежал электрический разряд. Рид крайне редко обращался ко мне по имени. А когда произносил его таким строгим голосом, мне это даже нравилось.

Лицо пылало, и на ум пришла непрошеная мысль о том, как давно у меня не было секса. Почти год.

«Совсем некстати», – сказала я себе.

По его лицу скользнула довольная ухмылка, он шагнул ближе. У меня перехватило дыхание. Я отступила назад и прижалась спиной к двери.

Он наклонился, его губы оказались в сантиметрах от моего рта, а руки – по обе стороны от моей головы. Я попалась, как птица в клетку. Кровь пульсировала в ушах. От свежего древесного мужского аромата кедра и мяты я едва не потеряла сознание – настолько упоительным он казался. Теперь этот запах всегда будет напоминать мне, как близко были губы Рида от моих губ, как бешено пульсировала кровь в жилах.

Боже мой. Что, черт возьми, происходит?

– А ты трусиха, – раздался низкий голос, и меня коснулось щекочущее дыхание.

Я сглотнула, вдыхая его запах и полуприкрыв веки.

– Я не трусиха.

– Трусиха, трусиха. – Он пошевелился, и его дыхание переместилось мне на шею. – Тебе хочется меня поцеловать. – Его губы коснулись моей шеи, и по коже побежали мурашки. – Это так, только ты упрямишься.

– Я не трусиха и не упрямлюсь.

Он осыпал мою шею поцелуями, и я, сделав глубокий вдох и закатив глаза, вцепилась руками в косяк, не доверяя себе. Вдох оказался роковой ошибкой.

– Так хорошо пахнуть – это подло, – простонала я.

Рид тихо засмеялся, слегка коснувшись меня зубами. Я вздрогнула.

– Нервничаешь?

Он запустил руку мне в волосы и, слегка потянув, повернул лицом к себе. Я взглянула ему прямо в глаза.

– А знаешь, как ты себя выдала?

Голос у него был тихий, и в ответ я могла лишь покачать головой.

– В прошлый раз, когда мы этим занимались, ты вздохнула – точно так же, как сегодня, когда ела вафли.

В глазах у него плясали зеленые и золотистые искорки. Прежде я этого не замечала. Он смотрел на меня с вызовом.

Да чтоб тебя.

Я приподнялась на цыпочки и поцеловала его. Запустила руки ему в волосы, и он застонал тем самым стоном, который всю неделю отдавался у меня в ушах. Он обхватил меня руками и вдруг звонко шлепнул по заднице. Я вскрикнула.

– Это за то, что мучила меня всю неделю, – прохрипел он мне в губы.

Щетина царапала мой подбородок, но ее грубое прикосновение доставляло удовольствие. Я ощущала его руки у себя в волосах, и на спине, и на заднице – они были везде.

– Заткнись.

Я прикусила его нижнюю губу и потянула – и, когда он пошевелился, почувствовала, как твердый член уперся мне в живот. От неожиданности я приоткрыла рот, и Рик тотчас воспользовался этим – коснулся моего языка своим и напрочь отключил мне мозги.

Он снова вжимался бедром в то место – то самое, у меня между ног, – и я опять выгибалась, стонала и желала чего-то большего, чем простые поцелуи.

Всю неделю я думала о том, что он рассказал мне про себя и Кэди. О том, что Рид убеждал ее уехать в Нью-Йорк. И что, возможно, не был таким засранцем, каким я его всегда считала.

Но это не отменяло того факта, что он бывший Кэди. А на этот счет абсолютно точно существуют правила. Нельзя встречаться с бывшим парнем своей лучшей подруги.

– Нам нужно остановиться, – выдохнула я ему в губы. – Мы не должны этого делать.

Он отстранился и, выпрямившись, посмотрел на меня с выражением чистого желания, так что мысль об остановке почти вылетела из моей головы. Грудь у него вздымалась и опускалась, а ореховые глаза стали еще темнее. Зачем останавливаться? Особенно когда он смотрит вот так, смотрит вот так на меня. Как будто хочет меня. Как будто готов затрахать меня до потери сознания прямо здесь, у двери.

Да нет. Что за?.. Это же Хренобород. С какой стати нам с ним тискаться, сосаться и стонать у двери? Я моргнула, пытаясь очистить свой разум от наваждения.

– Вот как?

Он убрал руки, и похотливая сущность в уголке моего сознания засучила ножками по полу, противясь этому.

Судорожно сглотнув, я кивнула. Он мазнул взглядом по моему лицу.

– Так ты подашь заявку на «Сумбур»?

– Возможно. – Я кашлянула и уже повернулась, чтобы уйти, но остановилась. – Я все еще ненавижу тебя.

– М-м, знаю, – усмехнулся он. А потом подмигнул.

– Ненавижу.

Взгляд у меня был холодный, но в ушах по-прежнему пульсировала кровь. Его усмешка стала шире и теперь отражалась в глазах.

– Само собой.