Королева ромкома полностью

Потому что ничего не происходило. Ну поцеловалась я разок. Ладно, дважды. Никто не застрахован от ошибок, и я не идеальна. Но больше этого не повторится, поэтому всю неделю я делала вид, что ничего не случилось. Оставалась после выступления, как обычно, и по давно заведенной традиции игнорировала его.

Хотя одна вещь не давала мне покоя. Рид тоже вел себя так, будто ничего не случилось. Ну и замечательно – впервые мы с ним в чем-то были согласны. Хотя меня это отчасти раздражало.

Еще он перестал подкалывать меня на тему поедания мужских сердец, а я, в свою очередь, забыла про депрессивного старого рыбака. Пару раз, пока ждала в фойе, когда Дэни закончит работу, или делала пометки в блокноте, я поднимала глаза и встречалась с ним взглядом. И тотчас меня окатывало жаркой волной, как это было в прошлую субботу.

– Это стендап в стиле «если тебе не смешно, значит, сам дурак», – сказал Рид.

– Поздравляю, ты раскусил Тревора.

Он прислонился к стене, глядя на сцену и скрестив руки поверх шерстяного свитера, на этот раз темно-синего.

– У тебя сегодня был хороший сет.

– Спасибо.

Значит, он смотрел.

– Надеюсь, людям из «Сумбура» он тоже зайдет.

В тусклом свете я видела его кривую усмешку и, повернувшись, машинально схватила его за руку. Темный уголок моего мозга отметил, какой у него отличный бицепс – крепкий, но не перекачанный.

– В смысле? Они здесь, а ты мне не сказал?

Он продолжал смотреть выступление Тревора, но теперь улыбались даже его глаза. Открыв рот, я хлопнула Рида по плечу тыльной стороной руки.

– Это значит, что я вошла в шорт-лист! Блин, блин!

В зале шикнули, и я поморщилась.

– Конечно, ты в шорт-листе. Разве не здорово, что я убедил тебя подать заявку?

– Я сама собиралась это сделать. Планировала с прошлого года.

Он блеснул улыбкой в тусклом свете кулис.

– Я тебя убедил.

– Но почему ты не сказал мне перед выступлением, что они здесь?

В фойе мы с ним лишь мимоходом поздоровались.

– Не хотел, чтобы ты была на взводе.

Я покачала головой:

– Этого бы не случилось. Для меня каждое выступление – самое важное.

Мы еще несколько минут понаблюдали за Тревором, а затем Рид прошептал:

– Считай, что ты прошла.

И я широко улыбнулась в темноте.

Позже мы всей компанией – Матильда, Дэни, Ноа и я – пошли в пивоварню «Бандит». Отправиться туда было моей идеей.

«Давненько мы там не сидели», – сказала я, тогда как на самом деле мне хотелось избежать неловкой игры в гляделки с Ридом. Мое сердце с ума сходило, когда он был где-то поблизости. Я не могла нормально разговаривать и не желала то и дело вспоминать, чем мы с ним занимались у двери.

Дэни подстроилась под мой шаг.

– Я пригласила Рида на завтра.

Желудок свело спазмом.

Наши южные соседи празднуют День благодарения в ноябре, но в Канаде он приходится на октябрь, и каждый год Мэй, бабушка Дэни, приглашала всех к себе. Нас ждал праздник чревоугодия, лени и болтовни. Я не знала, как Хренобород вписывается в эту картину.

– Зачем ты это сделала?

В моем голосе слышалась неприкрытая тревога.

Дэни пожала плечами:

– Я пригласила всех из кинотеатра. Нэз ужинает с семьей и не сможет прийти, Джейми уехал, а Оскар и Рид придут. – Она взглянула на меня и нахмурилась. – Все в порядке? Надеюсь, проблем не будет?

Я покраснела, стараясь не думать о том, как он шлепнул меня по заднице и как стонал мне в рот, когда его язык соприкасался с моим.

– Мне все равно.

Мы стояли на переходе, и я плотнее запахнула куртку. День благодарения в доме Мэй был праздником, которого я обычно ждала с нетерпением, но сейчас, когда мне сказали, что и Рид появится там, разобраться в собственных чувствах оказалось нелегко.

Той ночью мне приснился Хренобород.

Мы были в кинотеатре. На экране что-то мелькало, но я думала лишь о мужчине, который сидит рядом.

– Боишься оказаться наедине со мной в темноте? – спросил он во сне, совсем как несколько недель назад, глядя на меня из-под полуопущенных век. Будто хотел меня. По телу пробежал озноб.

Потом я сидела, оседлав его колени, и мы целовались. Пробовали друг друга на вкус, жарко и неистово. Мои руки ерошили ему волосы.

– Не могу поверить, что мы занимаемся этим, – прошептала я.

Он запустил руку мне в джинсы, и я, задыхаясь, затрепетала от его прикосновений.

– А мне другое непонятно. – Он прикусил мою губу, и я закатила глаза. – Как так случилось, что мы не занимались этим раньше?

Мои пальцы вцепились в простыню. Подожди. Нет.

Я открыла глаза и рывком села на кровати. Волосы слиплись от пота, в комнате слышно было лишь мое дыхание, сознание медленно возвращалось. Это просто сон. Ничего такого не происходило на самом деле.

Я сидела на кровати в темноте, а по моим ногам струилось белое электрическое тепло. Часы показывали 6:22 утра.

– Твою ж мать.

Теперь жди проблем.

Блокнот с шутками ударился о стену, а я уронила голову на кухонный стол.

Два часа созерцания пустой страницы. Пару недель назад глухой ночью я нацарапала себе пометку «водяные матрасы». Водяные матрасы. Какая полезная информация. Спасибо, прежняя Джемма.

Соседка стукнула в смежную стену.