Она посмотрела мне прямо в глаза, и все опасения исчезли без следа.
– И хорошо.
Черт. Мне хотелось поцеловать ее. Прямо здесь, у костровой чаши, на виду у всех. Хотелось закинуть ее на плечо, отнести домой и бросить на кровать. Заставить ее стонать, как несколько недель назад. Дикая, первобытная часть меня, подогретая бушующим в крови алкоголем, требовала большего.
– С дне-е-ем рожде-е-ения тебя-я-я… – затянули Дэни и Матильда, выходя из кухни во дворик. В руках у Дэни был торт со свечами.
Другие подхватили песню, а я сидел, наблюдая за тем, как эта остроумная, верная и незаурядная женщина закатывает глаза и прячет ухмылку, глядя на всех, кто ее любит. Сделав глубокий вдох, Джемма задула свечи. Одна осталась гореть.
– У нее есть парень! – раздался дружный вопль. – У нее есть парень!
Она встретила мой взгляд, потом закатила глаза и рассмеялась. Даже в слабом свете костра был виден румянец, разгоравшийся у нее на лице.
Небо расцвечивали фейерверки, Матильда раздавала торт, Оскар и Дэни разносили напитки, а один из австралийцев включил музыку. Джемма встала и направилась в дом за очередной банкой сидра, а я проводил ее взглядом.
Зазвенел колокольчик, и Дэни вскочила на ноги.
– Пора.
Все, кто был во дворике, поспешили внутрь. Джейми затянулся сигаретой и двинулся следом.
– Пора для чего?
– Увидишь. Пойдем, – поманила меня за собой Дэни.
Внутри хозяйничала Матильда. Вихрем промчавшись до дому, она выключила музыку и вместо нее включила фоновые звуки Хэллоуина – вой и гогот. Гости спускались по лестнице и заходили в дом со двора. Все обступили Матильду. Нетерпеливое предвкушение витало в воздухе. Я огляделся по сторонам. Куда подевалась Джемма?
– Напоминаю правила пряток новичкам, – объявила Матильда. – Водящий надевает наушники, – она подняла их, из динамиков послышалась музыка, – и считает до шестидесяти, после чего снимает их, кричит: «Кто не спрятался, я не виноват!» и идет искать. У него на поиски десять минут. Когда время истекает, первый, кого он нашел, становится водящим в следующем раунде.
– А тот, кого найдут последним, получает трофей.
Дэни подняла огромную жуткую поделку, которую смастерили не иначе как ребятишки младшей группы детсада для великанов.
Я осмотрел гостей, толпившихся вокруг Матильды и Дэни, но Джеммы не нашел.
– Я слежу за временем, – сказала Матильда, – и в конце каждого раунда буду звонить в колокольчик. – Она подняла руку. – Можно оставаться в одном и том же месте или искать новое.
Ноа поднял руку.
– В этом году можно прятаться во дворе?
Дэни кивнула.
– Можно прятаться везде на территории дома. Но от моей прикроватной тумбочки советую держаться подальше, если не хочешь, чтобы у тебя появились комплексы насчет собственной мужественности.
Она подмигнула ему, и он покраснел.
Дэни вытащила из шляпы бумажку с именем водящего – один из австралийцев надел наушники, и все побежали кто куда, попутно щелкая выключателями и погружая дом в темноту.
Заметив меня, топчущегося у подножия лестницы, Дэни сказала:
– Уйти с моей вечеринки раньше времени не получится. Так что давай прячься.
Я рассмеялся и, покачав головой, пошел вверх по ступенькам. Услышав, как в коридоре хлопнула дверь, я открыл расположенную напротив и вошел.
Цветочные композиции темных оттенков, розовое золото и брошенная на стул кожаная куртка навели меня на мысль, что эта комната принадлежит Дэни. Находиться здесь в отсутствие хозяйки было странно. Я бы свалил отсюда не раздумывая, если бы не предупреждение Дэни, что сделать это раньше времени не получится.
Поэтому я вошел в крохотную гардеробную и, ощупью пробравшись к задней стене, спрятался за вешалками с пальто. Там было темно и тихо, но до меня доносились шаги в коридоре и визг во дворе.
Дверь гардеробной скрипнула, полоска лунного света прорезала помещение, а затем снова стало темно.
Я замер. Рядом слышалось чье-то дыхание. Пальто неожиданно сместились – я ощутил прикосновение искусственного меха к тыльной стороне руки и уловил запах апельсинов и ванили. Адреналин подскочил.
Я кашлянул.
– Занято.
Она взвизгнула – я вскинул руку и зажал ей рот ладонью.
– Это я.
Услышав мой шепот, она прижалась ко мне с явным облегчением. Стоило опустить руку, как Джемма тихо, но смачно выругалась, а я подавил смешок.
– Какого черта! Напугал меня до смерти.
– Извини.
Я усмехнулся про себя, стараясь не обращать внимания на то, как ее присутствие отражается на моей физиологии. У меня встал, и темнота была как нельзя кстати.
– Что ты тут забыл? Это мое место.
Все было как в старые добрые времена. Голова гудела от коктейлей, которыми меня накачал Оскар.
– Я первым пришел.
– А я всегда здесь прячусь, и меня никогда не находят. Тут места только на одного.
С этим было не поспорить. Опусти я руки, коснулся бы ее, поэтому пришлось сменить позу: упереться руками в стенку по обе стороны от ее головы.
– Передвинься в другой конец гардеробной, – прошипела она, но в ее голосе слышался смех.
В коридоре скрипнула половица – мы замерли.
– Думаешь, он нас услышал? – выдохнула Джемма мне в ухо, и я закатил глаза.
