Королева ромкома полностью

– Кому по кайфу слушать, как телка ноет со сцены про гормоны и прочее дерьмо? Если бы Оскар чаще приглашал парней, у него не было бы проблем с…

– Хватит.

Я сам не ожидал, что мой голос прозвучит настолько властно. Услышь такой тон Салли, она бы носа не показала из-под кровати.

Тревор ухмыльнулся, тыкая пальцем себе в физиономию.

– Запомните эту рожу. Скоро эта рожа станет знаменитой. – Он подмигнул Дэни и Джемме. – Ловите шанс, пока не поздно, молодые цыпочки уже наступают вам на пятки.

Он повернулся и исчез за служебной дверью.

Чувствуя напряжение во всем теле, я сделал три глубоких вдоха. Отныне на протяжении нескольких месяцев воспоминания об этом разговоре будут придавать мне ускорения на пробежке.

– Ну и мудила, – пробормотала Дэни, направляясь к барной стойке.

Я посмотрел ему вслед.

– На дух его не выношу.

Джемма вздохнула и прислонилась к стене с выражением обожания.

– А я от него без ума.

У меня екнуло в животе.

– Что?

Она изобразила рвотный позыв.

– Шучу. Субъекты вроде Тревора, наряду с комарами и типами, которые пролезают без очереди в туалет в самолетах, – главное зло этой планеты. Жаль, что он больше не опаздывает и приходится общаться с ним перед сетом.

Джемма повернулась и направилась по коридору к сцене.

– И больше никаких гардеробных, – бросила она через плечо.

– Никаких гардеробных, – подтвердил я.

В тот вечер она выступала бомбически. Обычно в операторской царила тишина, но когда Джемма вышла на сцену, мы с Сэмом не могли удержаться от смеха. Я обучил его работе со светом, поэтому он часто работал на пульте. Она отшлифовала несколько шуток, обкатала пару новых и даже поработала с залом, спрашивая сидевших в первом ряду, откуда они, чем зарабатывают на жизнь и как познакомились. Когда она наклонялась, обращаясь к кому-нибудь, зрители оживлялись, наслаждаясь ее вниманием. Везучие мерзавцы.

Когда выступление закончилось, я повернулся к Сэму:

– Тебе принести чего-нибудь?

Он покачал головой:

– Нет. Все в порядке.

– Это была Джемма Кларк, – сказал в микрофон Тревор, и публика снова отозвалась аплодисментами.

Я усмехнулся про себя. Выступать после нее будет непросто, но поделом засранцу – такого дерьма наговорил им в коридоре. Сегодня после закрытия надо сказать Оскару, чтобы больше не приглашал его.

Тревор отпил глоток пива и, наклонив голову, посмотрел в зал.

– Джемма – просто персик, разве нет?

Я уже выходил, но, уловив саркастическую нотку в его голосе, остановился. Джемма помахала зрителям и исчезла в кулисах.

Я встал рядом с Сэмом, наблюдая за сценой. Затылок покалывало.

– Она довольно смешная, да? Для девушки, я имею в виду, – заплетающимся языком произнес Тревор.

Меня охватил гнев. Довольно смешная для девушки? Да один ее палец смешнее, чем весь этот козел целиком.

– Если микрофон отключится, выруби свет, – сказал я Сэму.

Он бросил на меня обеспокоенный взгляд.

– Ты серьезно?

Я уже выскочил из операторской и бежал вниз по лестнице.

По фойе разносился голос Тревора.

– И внешне она тоже ничего.

Я пробежал через холл.

– Что происходит? – спросил Оскар, следуя по пятам.

– Не то что некоторые, – продолжал Тревор, когда я через служебную дверь вышел за кулисы, – ну, вы знаете, подражающие тру-комикам. Видел парочку таких, и, типа: «Мы поняли, ты в депрессухе. Но причесаться-то можно было?»

После этих его слов смешков в зале явно убавилось.

Я стиснул зубы так сильно, что заломило челюсть. Тревор тем временем прошелся по сцене и уставился за кулисы, прямо на Джемму. Она стояла оцепенев и держалась руками за живот, словно ее ударили. У меня похолодело на сердце.

– Рид, – раздался у меня за спиной тихий голос Дэни.

– Приготовься.

Я взялся за штекер микрофона, подключенного к звуковой системе. Дэни кивнула, выражение ее лица было жестким и решительным.

– А знаете, что поговаривают о Джемме? – обратился в зал Тревор. – Говорят, она…

Я выдернул кабель. Зал погрузился во тьму, осталось лишь тусклое аварийное освещение. Зрители загудели.

– Говорят, она… трахнет тебя как в последний раз, но только один раз. Эй! Микрофон не фурычит. В чем дело?

Дэни шагнула вперед, но Джемма уже вышла из ступора и удержала ее.

– Не надо, я сама разберусь.

Она прошла по сцене и вырвала микрофон у Тревора из рук. Я следовал по пятам за ней – схватил козла за грудки и поволок за кулисы.

– Какого хрена?! – отбивался он, но ярость делала меня вдвое сильнее. – Отвали! Я тут хедлайнер!

Кровь буквально закипала в венах.

– Не смей с ней говорить. Даже смотреть на нее не смей.

Свет снова зажегся. Краем глаза я заметил, как Дэни снова подключает микрофон к звуковой системе.

– Аплодисменты Тревору, – сказала в микрофон Джемма. – У него сегодня выдался трудный день – мамочка заставила убраться в комнате.

Публика засмеялась.

– На днях ходила к косметологу. – Она сделала паузу. Ее голос звучал спокойно и твердо, как будто ничего не произошло. – Встречаемся с ней раз в несколько месяцев, при встрече она говорит: «М-да, ну и кожа! А вот я сейчас начищу тебе физиономию!»