Королева ромкома полностью

– Ничего!– воскликнула я громче, чем намеревалась.– То, что…– я с трудом подбирала слова,– …это происходит, не означает, что я должна что-то с этим делать.

В голове промелькнуло воспоминание. Мне было тринадцать, мама и отец Сэма разошлись пару месяцев назад. Она каждый день вставала с постели, одевалась и пела на кухне. На тумбочке возле телефона лежал лист бумаги со списком прослушиваний.

А потом она встретила мужчину, который стал ее третьим мужем, и каждый день задерживалась все дольше и дольше. Готовить ужин для Сэма все чаще приходилось мне, а лист бумаги валялся нетронутым, пока в конце концов не отправился в мусорное ведро.

Я откашлялась.

– Неважно, все пройдет. Это как сыпь или неудачная стрижка.

Дэни промолчала.

– Что? – спросила я.

– Думаю, тебе стоит поговорить с Кэди.

Я отчаянно замотала головой.

– И что мне ей сказать? «О, привет, Кэди, помнишь своего бывшего, с которым ты была вместе много лет? Тогда держись крепче: оказалось, что мы с ним – родственные души, и я безумно в него влюблена. Но не переживай, я ничего не планирую в этой связи. Я говорю тебе об этом, чтобы ты держала ухо востро, когда в следующий раз решишь мне довериться. Вот такой нож в спину. Могу воткнуть еще глубже».

Кэди была одной из моих лучших подруг, с ней мы прошли огонь и воду. Она всегда поддерживала меня, а я влюбилась в ее бывшего и скрывала это от нее.

Мужчины приходят и уходят, и жизнь моей матери тому подтверждение. Но подруги с тобой навсегда. Они особенные – родные люди.

Кэди сама сказала, что желает Риду счастья. Она его бросила. Она больше не любит его.

Открыть ей правду означало бы признать реальность моих к Риду чувств. Паника закопошилась на периферии сознания, выжидая момента, чтобы наброситься.

Я выдохнула. Страх не может служить оправданием.

– Я должна сказать Кэди.

– Да, – согласилась Дэни.

Сегодня вечером, как только увижу ее, я ей скажу.

Когда в пятницу днем я вышла из дома, катя за собой чемодан, Рид, который стоял, прислонившись к своей машине, внимательно посмотрел на него.

– А ты не много вещей набрала?

– Я артистка. Нам иначе нельзя.

Протянув Риду кофе, купленный по пути с работы, я окинула оценивающим взглядом его короткую стрижку. Могу поспорить, что на ощупь затылок у него как бархат.

– Ты постригся. И бороду подровнял. Выглядит неплохо.

Честно говоря, он выглядел не просто неплохо. Он выглядел невероятно красивым, как парень из рекламы дезодоранта или магазина снаряжения для активного отдыха. А может, как герой из старого фильма – вроде тех, что крутят по телевизору в воскресенье днем.

– Это твой праздник. Не могу же я прийти туда лохматым.

– А мне нравится, когда ты лохматый.

– Кто бы сомневался.

Он посмотрел одним из тех взглядов, от которых меня бросало в жар, наклонился и нежно поцеловал в губы. В голове сразу стало пусто.

Я все еще моргала от удивления, когда Рид выпрямился, взял у меня чемодан и положил его в машину.

– Когда ты так делаешь, это сводит с ума, – пробормотала я, открывая пассажирскую дверь.

Он подмигнул и забрался на водительское сиденье.

– Знаю.

Чьи-то руки опустились мне за плечи.

– Уистлер-р-р! – пропел с заднего сиденья Ноа.

Я обернулась. Салли лежала рядом с ним, свернувшись в клубок.

– Не знала, что ты едешь с нами.

Видел ли он, как Рид поцеловал меня? Конечно, видел. Черт. Мы ужасно старались сохранить все в тайне. Придется ближайшие несколько часов держать себя в узде. Пока я не поговорю с Кэди.

Ноа пожал плечами:

– В другой машине мне места не нашлось, и Матильда сказала, чтобы я попросил Рида.

Предполагалось, что мы с Ридом проведем это время наедине, и вот, пожалуйста, нам на хвост упал Ноа.

– Уистлер! – улыбнувшись, негромко пропела я.

– Зубная щетка? – покосился на меня Рид.

– Есть.

– Дезодорант?

– Не нужен. – Я презрительно изогнула брови.

– Мы оба знаем, что это неправда, – скорчил физиономию Рид.

Я фыркнула.

– Чистое нижнее белье?

– Тоже не нужно, – надменным тоном изрекла я.

Он поднял бровь, и на его лице промелькнуло насмешливое выражение.

– Да ну?

– Ну да, – солгала я, тоже вскинув брови. – В армии трусы не носят, детка.

Его взгляд потеплел.

– А вот это ложь.

Как будто мощный электрический разряд прошил меня насквозь, и мы не могли перестать смотреть друг на друга.

Но тут Ноа подвинулся вперед, и мы с Ридом вздрогнули. Прошло меньше двух минут, а мы уже забыли о его присутствии.

– Может, вы двое перестанете флиртовать, чтобы у всех были лучшие выходные?

Рид засмеялся, и я повернулась к Ноа. Он высунул язык, и я высунула свой в ответ.

– Лучшие выходные – отсчет пошел: «три, два, один», – сказала я, указывая пальцем вперед через лобовое стекло.

Рид отъехал от обочины, и мы все трое с улыбками до ушей посмотрели в окна.

Через сорок пять минут машина выехала из города на шоссе и стала взбираться все выше в горы, мимо деревьев, озер и захватывающих дух видов. Я мысленно репетировала свое выступление, стараясь не поглядывать на мужчину, сидящего за рулем.

– Черт возьми, нам так повезло, что мы живем здесь.

Позади осталось кристально-голубое озеро, окруженное горами.