Королева ромкома полностью

Рид кивнул, не отрывая глаз от дороги.

– Я часто хожу в походы по этим местам. Озеро Джоффре было замечательным местом, пока его не заполонили туристы, но есть и другие озера, про которые еще не растрепал интернет.

– Держу пари, Салли обожает вылазки на природу. Столько всего можно обнюхать!

Мы улыбнулись друг другу. На заднем сиденье Салли свернулась калачиком возле Ноа, оба крепко спали. Рот у Ноа был широко открыт.

– Может, нам даже удастся заманить тебя в компанию.

Голос Рида был шутливым. Я приподняла бровь.

– Мне нравится смотреть на природу, но к единению с ней я не стремлюсь.

Он усмехнулся.

– Нет ничего лучше, чем проснуться утром в палатке, когда светит солнце и щебечут птицы. Возможен бонус: журчание ручья. Вряд ли какое-то другое начало дня способно посоревноваться с этим.

Я представила себе заспанного, взъерошенного Рида, и сердце сладко екнуло. Что может быть лучше такого пробуждения? Он лежит рядом – глаза сонные, волосы всклокочены – и крепкой рукой обнимает меня. Вот чего мне хотелось.

– Мне кажется, это благолепие будут портить брызги мочи на обуви.

Он посмотрел в окно с горькой улыбкой.

– Поход – лучший способ проветрить мозги. Там, в лесу, нет никаких отвлекающих факторов. Ты понимаешь, что важно. – Он посмотрел на меня. – Как самочувствие в связи с сегодняшним вечером?

– Тошнит. Волнуюсь. В ужасе.– А еще расстроена, возбуждена и сомневаюсь. – Словом, испытываю все типичные эмоции перед самым большим выступлением в своей жизни.

– Из-за чего ты нервничаешь?

– Если все пройдет хорошо, за этим может последовать большой успех, но если все пройдет не очень хорошо, то слухи распространятся и моя репутация пострадает. Это очень давит. Кроме того, концерт будет проходить на открытом воздухе.

Деревня Уистлер раскинулась вокруг нижней станции подъемников. Бары, рестораны и магазины обрамляли кирпичные улицы, предназначенные только для пешеходов, а сцена находилась в центре деревни, рядом с подъемниками.

– Я никогда не выступала на открытом воздухе. А вдруг там все будет по-другому?

Я думала об энергопотоке в тесном пространстве, о том, как импульс уходит в зал и возвращается на сцену. А что будет на улице? Вдруг энергия улетит в небо и возникнет ощущение, что я выступаю в вакууме?

Он кивнул.

– Ну да, интересно… Но я не боюсь за тебя. Ты разберешься.

От воспоминания о жутких мгновениях на сцене, когда Шейн украл мои шутки и я стояла в полной тишине, губы невольно сжались.

– Зрители придут туда не ради меня, а ради Ладонны. Моя стендап-комедия иного рода, и это может не сработать. Она меня не выбирала. Она выбрала Пэта, а Пэт порекомендовал меня.

Холодный ужас сковал желудок, когда я вспомнила, как облажалась тогда в университете. С тех пор у меня не раз случались провисы, но в тот раз все произошло из-за ошибки, которую я совершила, и от этого было еще хуже.

Рид взглянул на меня.

– Думаешь о том, как стояла в ступоре, когда тот парень украл твои шутки?

Я посмотрела в окно и кивнула. Он покачал головой.

– Послушай меня, Снежная Королева. Эти штуки ты рассказывала сотни раз. Они выстрелят – и ты знаешь, что они выстрелят. Ты не облажаешься.

Раньше от этого прозвища у меня закипала кровь, но теперь все было иначе. Я выдохнула.

– Да. Ты прав. Я не облажаюсь.

– И знаешь что? Если ты облажаешься, это пойдет тебе на пользу. Я знаю, это плохо, но я слушал подкаст, где один комик сказал…

– Ты слушал подкаст с комиком? С каких это пор, а?

Он рассмеялся.

– Я слушаю подкасты, когда бегаю. Дай мне закончить, хорошо?

– Хорошо, – кивнула я.

– Так вот, я слушал этот подкаст, и один комик сказал, мол, он столько раз лажал, что ему уже все равно, что о нем думают. Это дает возможность обкатывать материал, который он никогда не пробовал на сцене. Поэтому, если ты сегодня облажаешься – я не говорю и не считаю, что так будет, – катастрофы не произойдет. Так приходит опыт. Он тебя чему-то научит.

Я испустила долгий вздох.

– Может, ты скажешь, что я красивая и все будет хорошо?

Он улыбнулся, задержав на мне взгляд. В животе что-то сладко екнуло.

– Ты красивая, и все будет замечательно.

Черт возьми. Стоит ли удивляться, что я влюблена в этого парня?

– Прости, все упали нам на хвост в эти выходные.

Рид покачал головой:

– Не переживай из-за этого. Выходные у нас еще будут. Когда-нибудь. – Он смотрел на дорогу, и у него на губах появилась легкая улыбка. – Надеюсь, тебе понравится пить из ручья.

Я скорчила гримасу, но внутри уже вся растаяла.

Мы продолжали в том же духе – болтали и слушали музыку. Я подпевала, а когда забывала слова, просто их придумывала. Все это время Ноа и Салли мирно посапывали.

На подъезде к Сквомишу началась многокилометровая пробка. Машины ползли вперед бампер к бамперу – все направлялись на праздник в Уистлер. Сквомиш был небольшим городком, в котором заправлялись или останавливались перекусить по пути в Ванкувер или обратно. Летом альпинисты висели на гористых склонах рядом с шоссе. Но сегодня вечером я видела только задние габаритные огни.