– Примерно через месяц после тебя. Менее недели назад.
Я громко выдохнула:
– Как? Как это возможно? Ты летела?
Она покачала головой, ее лицо было бледным.
– Тогда как ты сюда добралась, Ланселетта?
– Ты не поверишь, – прошептала она. – Я едва сама в это верю.
– Я знаю, как она это сделала, – вмешался Веспер. Он отложил ножи, подошел к нам, скрестил руки на груди и окинул Ланселетту ледяным взглядом.
– Веспер, – подал голос Дравен.
– Что? Ты тоже догадался, да? – спросил Веспер.
Дравен покачал головой:
– Я читал о таких вещах, но не думал, что это возможно.
– Что ты имеешь в виду? – спросила я. – О чем вы говорите?
– Об арках. Она должна была пройти через них, следуя по пути фейри, – сказал Веспер.
– Я не понимаю, – я уставилась на менестреля. – Мы тоже прошли через них, и что с того?
Он посмотрел на меня с любопытством:
– Ты ничего не почувствовала, когда проходила под ней?
Я нетерпеливо покачала головой:
– Она была красивой и, конечно, произвела впечатление.
– Нет, я не это имею в виду. Иногда полукровки ощущают что-то, проходя через них. Может, воспоминания крови, следы магии, которой обладали наши предки. Что-то вроде жужжания. Может, гудения. Ты ничего не почувствовала?
– Ничего. – Я уставилась на него. – Ланселетта тоже не полукровка.
– Нет, и ее лошадь тоже, – сказал Веспер спокойно.
– Веспер! – прорычал Дравен.
Я в ужасе переводила взгляд с одного на другого:
– Что вы хотите сказать?
– Арки – это порталы, – наконец пояснил Дравен. – Фейри использовали их, чтобы перемещаться на большие расстояния.
– Но эта магия должна была кануть в небытие вместе с фейри, – возразила я. – Так каким образом Ланселетта могла воспользоваться арками?
Я почувствовала угрызения совести, вспомнив о той силе, что проявилась в Нетервейле.
– Мерлин отправила меня через портал, – сказала Ланселетта.
Я упрямо покачала головой:
– Невозможно. В Пендрате нет порталов. Ничего похожего на эти арки.
– На самом деле есть, – тихо ответила девушка. – В храме Трех. Под землей. Очень немногие ее видели. Я прошла через нее шесть дней назад и вышла в двух днях пути от Врат Орин.
С диким взглядом я обернулась к Дравену:
– Я не помню там арки.
Он смутился:
– Мы обошли ее, когда проходили через Нетервейл. Я подумал, что так будет лучше.
Я смерила Дравена задумчивым взглядом. К тому моменту я не принимала лекарство, и, возможно, он опасался моей реакции на арку. Но ведь он не видел, что я сделала в Нетервейле. Он был без сознания. Но… Волосы, кожа, руны. Наверное, он решил, что лучше перебдеть. Интересно, чего он боится? Что я случайно исчезну в портале?
Я снова обратилась к Ланселетте:
– Мерлин использовала портал? Но как?..
Ланселетта медленно кивнула:
– Она сильнее, чем кажется, Моргана. Она умеет колдовать, хотя очень немногие знают, что у нее вообще есть этот дар. Сэр Эктор боялся, что с тобой что-то случилось. Он рассказал ей… – Она посмотрела на Дравена и замолчала.
– Про огромного и хмурого стражника? – Он закатил глаза.
Я покраснела:
– Все в порядке, он знает, что мы знаем. А почему ты не спрашиваешь, куда делся Уайтхорн?
Я украдкой взглянула на Дравена. Он сидел у костра, сцепив сильные руки в замок, и смотрел в пламя. Даже в сумраке я отчетливо различала черты его лица – твердую линию подбородка, знакомый изгиб губ. Он был грубым, потным и, да, немного озорным. Но когда фенрир прыгнул мне на спину, Дравен в мгновение ока оказался рядом.
Где-то по пути Дравен перестал быть самым страшным из того, что могло со мной случиться. Конечно, он был опасен, это не обсуждалось. Но я перестала бояться, что он направит свою смертоносную силу против меня.
Ланселетта округлила глаза от удивления:
– Честно говоря, я о нем не подумала. И где он?
– Мертв. – Я провела рукой по лицу, чувствуя, что меня охватывает усталость. – Долгая история. Артур приказал Уайтхорну увеличить дозу лекарства. Мне становилось все хуже, но Уайтхорн требовал, чтобы я следовала приказам короля. Во что бы то ни стало.
– Она была не просто больна, она умирала, – вставил Дравен. – Уайтхорна это не волновало.
– Так ты убил его, – ухмыльнулась Ланселетта. – Не уверена, что это утешит сэра Эктора.
– Уайтхорн настаивал, чтобы я продолжала принимать отвар, хотя с каждым днем я слабела все больше, – попыталась объяснить я. – Дравен требовал прекратить меня истязать. Он видел, что со мной творилось что-то неладное.
Я почувствовала прилив благодарности и встретила его взгляд, о чем немедленно пожалела. Его глаза – глубокие изумрудные озера, казалось, могли заглянуть глубоко в душу. Я поспешно отвернулась.
– Понимаю, – сказала Ланселетта. – Это объясняет то, что сказала Мерлин.
– А что она сказала? – поинтересовалась я.
