Королева Тирлинга (ЛП) полностью

Келси пронзительно завизжала, чувствуя будто что-то у неё внутри оборвалось. Это был ночной кошмар, наверняка, но, опустив взгляд, она увидела, что её левая нога попала в правую туфлю, которая теперь торчала под причудливым углом. Уже одна эта деталь разрушала иллюзию сна. Она схватила Уильяма и снова завела его себе за спину, вздевая руки, чтобы защититься от стоявшего перед ней человека.

- Прошу вас, - сказал он, наклоняясь к ней и протягивая руку. – Пожалуйста, пойдёмте со мной. Я не хочу причинять вред ни вам, ни мальчику.

Даже под слоем сажи Келси видела, насколько бледно и искажено его лицо. На вид он был не старше Джонарла, разве что на чуть-чуть… Из-за седеющих волос трудно было сказать наверняка. В руке у него был нож, но она сомневалась, что он пустит его в ход: казалось, мужчина и сам забыл о нём.

- Куда он уносит моего сына?

- Пожалуйста, - повторил он. - Пойдёмте, только тихо.

- Что ты там возишься, страж Ворот? - раздался снаружи громкий хриплый голос.

- Иду!

Он повернул искажённое лицо к Келси.

- В последний раз вас прошу. У вас нет выбора.

- Уильяма нужно одеть.

- Быстрее.

Бросив взгляд на сына, она увидела, что он уже обулся и теперь стоял рядом с ней. Она опустилась перед ним на колени и надела на него плащ, который он держал в руке, застегнув пуговицы дрожащими пальцами.

- Вот умница, Уильям. Ты оделся быстрее мамы.

Но мальчик лишь неотрывно смотрел на человека с ножом.

- Теперь идёмте, пожалуйста.

Келси взяла Уильяма за руку и последовала за мужчиной через переднюю дверь. Она быстро прокляла Джонарла за то, что он умер и оставил их одних. Но, конечно, если бы он был жив, это бы не помогло. Сейчас стояла середина марта, и все мужчины Хейвена, как и всегда, ушли в Новый Лондон торговать пшеницей, оставив деревню без защиты. Она никогда не задумывалась об этом раньше. Деревню ни разу не постигали подобные беды со времён вторжения: их поселение находилось слишком далеко от мортской границы и могло не опасаться набегов.

Снаружи она с облегчением увидела высокого кейдена, который аккуратно держал Джеффри за бок. Малыш немного успокоился, но это не продлится долго: он начинал посапывать, ища грудь по накидке мужчины. Когда его поиски не увенчаются успехом, он закричит.

- Пойдёмте, - сказал ей кейден.

- Дайте мне понести моего сына.

- Нет.

Келси открыла было рот, чтобы запротестовать, но другой мужчина, пониже, схватил её за руку и мягко предупредительно сжал. Она взяла Уильяма за ручку и пошла за кейденом вниз по улице на окраину деревни. Горизонт уже светлел, и вокруг неё были видны размытые очертания домов и конюшен. На их пути к ним присоединялись другие группы женщин и детей. Вот из своего дома вышла Эллисон с двумя дочерьми, её руки были связаны, а предплечье пересекал красный рубец.

«Она вела себя храбрее меня», - с грустью подумала Келси. Однако большинство женщин ничем не отличались от самой Келси: они были ошеломлены, а по их озадаченным лицам можно было подумать, что их только что разбудили. Она шла дальше, спотыкаясь и таща Уильяма за собой, но не понимая, куда они идут, и лишь осознавая, что происходит что-то ужасное. У неё в груди полыхнуло, но, опустив взгляд, она ничего там не заметила.

Лишь завернув за угол дома Джона Тейлора, теперь пустого и тёмного, она поняла всё: кто эти люди и зачем женщин и детей выгоняли из домов. На фоне светлеющего горизонта застыла высокая клетка – симметричный чёрный силуэт, внутри которого шевелились людские фигуры. Рядом с этой стояла и пустая клетка, окружённая мулами. Бросив взгляд в сторону от деревни, Келси увидела ещё несколько штук, выстроенных в ряд примерно на несколько миль по направлению к Мортскому тракту.

«Это кара», - осознала она. Ей на память пришли два случая, когда одного из жителей Хейвена выбирали по жребию. В деревне этих несчастных считали покойниками, проводили поминальные обряды и говорили о них со скорбью в голосе. Они все наблюдали за отправкой по Мортскому тракту множество раз, и всякий раз Келси внутренне радовалась, что эта участь не постигла ни её, ни её мужа и ни детей.

«Это кара за мою расслабленность».

Седоволосый человек повернулся к ней.

- Отдайте мне своего сына.

- Нет.

- Пожалуйста, не усложняйте ситуацию. Я не хочу, чтобы они подумали, будто вы создаёте трудности.

- Что вы с ним сделаете?

Он указал на вторую клетку.

- Мы посадим его туда, к другим детям.

- Можно мне оставить его у себя?

- Нет.

- Почему?

- Довольно, - проскрипел новый голос.

Из темноты вышел высокий худощавый человек в голубой накидке. Серый утренний свет падал на его вытянутое лицо, застывшее в беспощадном выражении. Келси помнила его, но не смогла узнать, и инстинктивно подалась назад, пытаясь защитить своего сына от него.

- Не нужно разводить споры с этими людьми, страж Ворот. Время для нас бесценно. Разделите их и посадите в клетки.