Рука Булавы, поддерживавшая ее со спины, напряглась. Добравшись до стены, он коснулся чего-то, что Келси не смогла разглядеть, и, к ее удивлению, перед ними распахнулась потайная дверь, ведущая во тьму.
- Не упадёт, пока я с вами, Леди.
- И я, - отозвался Пэн. Когда они вошли в темный дверной проем, Келси почувствовала бережное прикосновение, которое удержало корону на ее голове.
Глава 7
Круги на воде
П
роснувшись на следующее утро, Томас понадеялся, что коронация была лишь плохим сном. Он уцепился на эту мысль, уцепился изо всех сил, хотя разумом отчасти понимал, что это неправда. Что-то было не так.
Первым намёком было то, что рядом с ним спала Анна, обняв подушку ухоженными руками. Однако рядом с ним всегда спала только Маргарита. Не такая высокая и стройная Анна с рыжими курчавыми волосами была явно плохой заменой этой женщине, чьи волосы струились подобно янтарной реке. Рот у неё был получше, но всё же с Маргаритой она сравниться не могла. В голове у Томаса запульсировало, похмелье скоро должно было дать о себе знать. Маргарита определёно была частью проблемы.
Он перевернулся на другой бок и зарылся головой в подушку, пытаясь заглушить шум, раздававшийся откуда-то из-за стен комнаты. Судя по шарканью, шуршанию и глухим стукам, кто-то, вероятно, двигал ящики, совсем прогнав его сон. Из-за подушки в его голове запульсировало сильнее, и он, наконец, поднял её, приглушённо ругаясь, вызвал звонком Пайна и снова накрылся с головой. Пайн прекратит этот шум.
Томас теперь вспомнил, что Маргариту забрала эта девчонка. Она наложила свои лапы на то, с потерей чего он не мог смириться; она взяла именно это. На одно короткое мгновение у него появилась надежда, когда один из стражников воткнул в эту девчонку нож, и она упала, но затем Томас увидел, как она с огромным усилием встала на ноги и довела коронацию до конца, несмотря на обильное кровотечение. Это было проявление исключительной силы воли. Она взяла Маргариту для себя и теперь будет спать с ней каждую ночь и… О, как же болит голова, словно в ней кто-то ревёт и визжит.
Всё же, наверное, надежда ещё была. Девчонка потеряла слишком много крови.
Прошло уже несколько минут, а Пайна всё не было. Томас стянул покрывало с головы и позвонил ещё раз, почувствовав, как Анна зашевелилась. Грохот, должно быть, стоял ужасный, если даже она проснулась. Прошлым вечером они вылакали три бутылки вина, а от него Анна всегда пьянела быстро.
Пайн всё не шёл.
Сев и откинув покрывало, Томас ещё раз ворчливо ругнулся. Уже несколько раз он давал Пайну одну из своих женщин на ночь, а тот не умел вовремя остановиться. Если он найдёт Пайна в постели с Софи, то сдерёт с него кожу.
Наконец, Томас нашёл свой халат под кучей одежды в углу, но шёлковый пояс застрял и теперь торчал из петель. Снова выругавшись, на сей раз громче, он бросил взгляд на Анну, которая безмятежно перевернулась на другой бок и засунула голову обратно под подушку, а затем накинул на себя халат и запахнул его. Если бы Пайн удосужился повесить одежду, то она бы не валялась на полу. Надо будет найти его и серьёзно с ним поговорить. Он не пришёл по звонку, раскидал повсюду грязную одежду… и разве у них не закончился ром несколько дней назад? Всему этому месту грозила разруха в самое неподходящее время. Томас представил себе лицо девчонки, это круглое лицо, которое можно увидеть у любого крестьянина на улицах Нового Лондона. Но у неё были такие же зелёные, кошачьи глаза, как у него, которые пронзали его словно стрелы.
«
