― Матушка! ― радостно рассмеялась Серсея, падая в объятья Екатерины. Королева сжала руки на спине дочери, прижимаясь к ней всем телом, и с чувством некого облегчения вдохнула её запах. Такой родной и приятный ― аромат вина и свежей травы, запах винограда и пшеницы. Её девочка, Екатерина так сильно по ней скучала, хоть материнское сердце не могло не радоваться тому, что любимая дочь обрела счастье и любовь.
— О, моя прекрасная девочка! ― заворковала Екатерина. Она отстранила Серсею на расстояние вытянутых рук и внимательно оглядела. ― Ты вся светишься, ― с удовольствием заключила королева. ― И прекрасно выглядишь. Брак идет тебе на пользу, ― её лукавый взгляд скользнул по стоящему за спиной дочери зятю, и она вежливо кивнула. ― Нострадамус.
― Ваше Величество, ― поприветствовал Нострадамус королеву, склонив голову. Серсея кинула на него быстрый взгляд, широко улыбаясь, и Екатерина с удивлением отметила, как разительно меняется всегда холодно-беспристрастное выражение принцессы внезапно озаряется светом. Поразительные перемены. Наверное, только любовь могла так изменить королевскую кобру.
― Мы слышали, что здесь произошло, ― озабоченно произнесла она, имея в виду нападение испанцев. ― Надеюсь, Вы в порядке.
― Теперь да, ― кивнула Екатерина. Чтобы не стоять посреди коридора, они отошли в сторону. Королева крепко держала принцессу за локоть, словно боясь, что дочь вот-вот исчезнет. ― Мы все были напуганы, но самая большая беда случилось с Кенной, фрейлиной Марией. Бедняжку избили, она… плохо выглядит, ― Екатерина покачала головой. Судя по всему, случившееся с Кенной действительно было ужасным, потому что иначе королева не стала бы жалеть новую фаворитку мужа. ― Хорошо, что тебя здесь не было, ― отстраненно заметила Екатерина, глядя на то, как снуют туда-сюда слуги. Потом она приподняла голову и посмотрела на прорицателя, который всё так же молча стоял за спиной Серсеи. ― Нострадамус, я могу поговорить немного с дочерью наедине?
― Как только она отдохнет, ― твёрдо проговорил Нострадамус, и Екатерина с трудом удержалась от едкого комментария.
― Я и вправду немного устала в дороге, ― произнесла девушка, стискивая руку матери в ответ.
― Хорошо, ― кивнула королева, понимая, что после обратного путешествия дочери и вправду надо было отдохнуть. Да и дела, которые она хотела обсудить, не были такими уж срочными. Так, немного посплетничать, отвлечься от потрясений. Вспомнив кое-что, королева посмотрела на прорицателя. ― Нострадамус, мы немного расширили твои покои, чтобы Серсее было в них удобно, она же отказалась оставаться в своих. Не удивляйтесь. Жду тебя к обеду, ― последние слова были обращены к Серсеи. Девушка кивнула, и королева направилась дальше по коридору.
― Может, уедем обратно? ― заговорщицким шёпотом поинтересовался Нострадамус, кладя руку на плечо Серсеи. Некоторые проходящие мимо слуги кидали на них заинтересованный взгляд.
― Нострадамус, ― рассмеялась Серсея, шутливо пихнув мужа в бок.
Покои и правда расширили, Серсея с удовольствием оказалась в уже знакомых комнатах. Она, в мгновение ока вернувшись от лучины доброй и любящей дочери и жены в облик требовательной кобры, с поразительной энергией отдавала приказы о том, какие вещи куда ставить и раскладывать. Слуги, как быстрые мыши, сновали туда-сюда, выполняя распоряжение или передавая их другим. Серсея вздохнула, понимая, что дел предстоит немало.
Нострадамус, посмеиваясь над этим, передал сопротивляющуюся жену её фрейлинам, которые уже притащили ванну и вскипятили воду, и пообещал самому во всём разобраться. Серсея колебалась ― она, как и её мать Екатерина, привыкла всё держать под своим контролем ― но вскоре расслабилась, погрузившись в приятное тепло ароматной воды, мысленно выбирая платье и гадая, зайдет ли за ней Франциск или она встретиться с ним позже.
Одна из её фрейлин, что оставались здесь, передавали последние новости ― совсем не те официальные посылы, что доходили до принцессы во время её медового месяца. Конечно, доносы всегда оказывались веселее, интригующе и волнительнее ― между Франциском и Марией действительно был раздор, но вот только дофин почти на полном серьезе вернулся к бывшей любовнице, а королева Екатерина всячески этому потыкала, советуя богатой девушке быстрее забеременеть. Правда, её планы полетели насмарку, когда незадачливая девица сбежала, не сумев помочь королевам выбраться из замка во время осады. Сейчас между дофином и его невестой вроде как было всё хорошо.
Между Башем и еретиками из леса произошёл какой-то разлад, из-за чего бастард короля был вынужден принести жертвы. Эти факты подтверждены не были, но слуги шептались именно об этом. Правда, после этого Баш как-то отстранился от всех, но причину этому фрейлина пока не знала.
