— Не стану тратить ваше время и буду полностью откровенна: мы можем заключить сделку. — Астори остро вдыхает. Она рискует. Страшно представить, что сделается с Тадеушем, когда он узнает. — В скором времени я собираюсь повторить попытку… заново ввести проект о чрезвычайном положении на Севере. Вы помните его.
Уолриш кивает, засовывая руки в карманы. Астори смотрит на его запавшие глаза с тёмными кругами и вздёрнутый ястребиный нос.
— Помню. Только не понимаю, какая мне выгода…
— Запись с вашими угрозами всё ещё у меня. Если ваша партия поддержит меня… я отдам запись вам. — Астори поправляет перчатку. — Вы же понимаете, что висите на волоске. Если я обнародую запись, вы всё потеряете. А так… ваша безопасность в обмен на голоса.
— Интересно, — ухмыляется Уолриш. — Неужели вы настолько хотите отомстить, Ваше Величество? Настолько, что пришли за помощью ко мне?
Астори вскидывает голову.
— Это вас не касается, — ледяным тоном отрезает она. — Я предлагаю взаимовыгодный обмен — вы согласны или нет? Я спрашиваю лишь один раз. Второго шанса у вас не будет, ваша светлость.
Тонкие губы расплываются в усмешке.
— Согласен.
— Чудно. Запись получите после того, как я получу свои голоса.
— А я могу вам доверять? — тихо спрашивает Уолриш, изгибая бровь. Астори выпрямляется.
— Поверьте, я держу своё слово. Не сомневайтесь во мне — вы знаете, это плохо кончается. — Она разворачивается на каблуках, но внезапно останавливается. — Да… я думаю, нет надобности объяснять, что наш разговор надо оставить в тайне? Никто из посторонних не должен о нём узнать.
— А разве вы не рассказали господину премьер-министру? — ехидно интересуется Уолриш. Астори поджимает губы.
— Повторяю: вас это не касается. Всего доброго.
— А вы не боитесь, Ваше Величество? — окликает её Уолриш в спину. Астори замирает. Сводит лопатки. — Я одобряю ваши решения… в общем. Северян давно стоит приструнить, но вы ходите по тонкому льду… или вы не помните, что было этим летом? А четыре года назад на площади? Что будет делать Эглерт, если останется без монарха?
— Всё та же пластинка… — Астори оглядывается с вызывающей улыбкой. Упрямо выдвигает подбородок. — Эглерт не останется без монарха. Я знаю, на что иду… но это всё равно.
Она проводит языком по зубам.
— Мне больше не страшно. До свидания, ваша светлость.
Каблуки цокают по коридору.
***
В зале Серебряного дворца тесно и оживлённо; шепчутся приглашённые, достойнейшие люди королевства — политики, учёные, деятели искусства с родными и близкими друзьями. Каждый награждаемый имеет право привести с собой до трёх человек. С минуты на минуту начнётся церемония, затем будет долгий банкет.
Астори, стоящая за красным пологом, различает Тадеуша сквозь узкую щёлочку между сомкнутыми струящимися тканями: он сидит в первом ряду, седьмой слева, между Фаушем ди Мульниче и бактериологом Эделин ди Кармелл. Беседует с экс-премьером. Смеётся. Астори кажется, она различает его звонкий голос среди царящего вокруг гомона.
— Ваше Величество, мы можем начинать, — подсказывает выныривающий из-за красного занавеса камердинер. Астори кивает.
— Хорошо. Давайте.
Раздаётся густой бас диктора. Гул утихает. Галстуки и вечерние платья дышат напряжением и сдержанным волнением; Астори разминает руки в перчатках, поправляет тяжёлую корону, обручем сдавившую виски. Вдох-выдох.
— Её Величество королева Эглерта, Астори Арвейн!
Она выходит из закулисья на сцену: идеальная осанка, величавая грация в движениях, скользяще-ровные взгляды. Останавливается. Гремит торжественный, светлый, плывущий гимн Эглерта; присутствующие встают с мест, вытягиваясь как один по струнке. Астори взирает на них с возвышения. Снова отыскивает Тадеуша, три мгновения любуется его кудрявой тёмной головой и спокойным лицом и взглядывает на Фауша. Он постарел и подряхлел. Они очень давно не виделись.
Начинается церемония награждения. Фауш двенадцатый в списке; ему высочайшей королевской милостью жалуется звание кавалера Ордена Пера за заслуги перед отечеством. Астори прикалывает на лацкан строгого пиджака серебряную брошь в виде шести павлиньих перьев и жмёт бывшему премьер-министру руку. Фауш незаметно подмигивает ей. Астори читает по губам: «Хорошая работа, Ваше Величество».
Тадеуш. Он двадцать девятый. Астори следит за тем, как он поднимается к ней, на ходу заправляя галстук, как неловко улыбается ей и залу одновременно, как теплятся его глаза, когда она подвязывает ему алую почётную перевязь и приказывает опуститься на одно колено. Астори подносят меч. Рукоятка приятно холодит кожу даже сквозь перчатки; Астори трижды плашмя касается клинком плеч Тадеуша, осторожно, нежно, чтобы не навредить. Он встаёт.
— Примите в знак моего глубочайшего к вам расположения, — говорит Астори и протягивает ему меч. Это особая честь — получить оружие из рук монарх, за всю историю Эглерта её удостаивались лишь одиннадцать человек. Тадеуш станет двенадцатым.
Он смотрит на неё с благодарным восторгом. Улыбается. И — запечатлевает на лезвии почтительный поцелуй.