Астори втягивает стылый воздух, постукивает каблуком о ножку сиденья. Её сгрызает нетерпение. На сегодня запланировано ещё много дел, и самое важное — посвящение Тадеуша в рыцари. Это было решено три месяца назад. Совет и кабинет министров одобрили предложение Астори, и Тадеушу, который смущённо отпирался и отнекивался, не оставили выбора. Эглерт и королева чересчур многим ему обязаны. Астори хочет отблагодарить его — и дарует ему титул кавалера Алой Подвязки и дворянское звание вместе с рыцарским почётным мечом.
Церемония состоится в шесть вечера.
Уже два пополудни. Прения никак не заканчиваются, а им надо успеть подготовиться… Астори притопывает ногой от досады, мнёт перчатки. Сидящий рядом Тадеуш замечает её раздражение. Он оглядывается, ёрзает, приподнимаясь в кресле, делает вид, что поправляет галстук, и наклоняется к ней, шепча:
— Всё в порядке. Не волнуйся.
Тадеуш слегка сжимает ей колено, массирует его. Астори вздыхает и перехватывает его руку.
— Хорошо.
Наконец заседание Совета завершается. Тадеуш и Астори выходят в коридор одними из первых; она приостанавливается у окна, притворяясь, что заправляет рубашку; он облокачивается на подоконник и ждёт. Большая часть советников проходит вперёд. Астори исподтишка наблюдает за разбредающимися по холлу политиками, бросает на Тадеуша быстрый взгляд и произносит почти не размыкая губ:
— Приедешь сегодня?
Он улыбается, морща веснушчатый нос; лучатся весельем мелкие морщинки вокруг зелёных глаз.
— Если ты приглашаешь…
— Приглашаю. У меня есть новая бутылка торика… и я свободна весь вечер.
Тадеуш усмехается, барабаня пальцами по краю папки.
— Не думаешь, что это опасно? Все газеты и так успели нас поженить после того, как я переночевал у тебя… тогда.
— Ну, значит, хуже уже не будет, — легкомысленно пожимает плечами Астори. — Приезжай.
Их ладони на миг соприкасаются.
— Приеду.
Она отряхивает тёмно-каштановые волосы, лукаво щурится, и в глазах цвета горького шоколада вспыхивают и гаснут золотистые крапинки.
— Отлично. — Астори оттягивает рукав бежевого пиджака, глядит на наручные часы. — Тебе пора… отправляйся домой, ладно? А я как раз доделаю одно дельце… мы встретимся в Серебряном дворце.
— Дельце? Ты о чём? — Тадеуш озабоченно щурится. — Я могу помочь?
— Нет… нет. Всё хорошо. Правда.
Астори дружески кивает, улыбаясь.
— Я сама всё улажу. До встречи.
Тадеуш с минуту медлит, затем вскидывание брови в знак согласия, улыбается в ответ и уходит. Астори наблюдает, как он скрывается в дверях лифта. Выдыхает. Ему бы очень не понравилось то, что она задумала… откровенно говоря, ей и самой это не слишком-то нравится. Но выбора нет. Если она действительно хочет добиться своего, придётся переступить через былые обиды и неприязнь.
Однажды Тадеуш узнает об этом и будет в ярости. Астори боится представить, что случится тогда.
Увы, ей не оставили шансов быть милосердной. Она не отступится.
«Жёлтые» после дебатов обретаются обычно на первом этаже, около бара, в укромном уголке, на серых низких диванчиках. Ни один уважающий себя «зелёный» туда даже не сунется. Но одно из преимуществ и в то же время неудобств того, что ты королева, — вынужденная беспартийность, своеобразная политическая изоляция. Астори не имеет права примкнуть ни к одному объединению, она выше их всех, она отстранённа и беспристрастна.
Должна быть беспристрастной, по крайней мере.
Негласно она с «зелёными»: во-первых, это партия Тадеуша, во-вторых, ей близка их программа осторожных реформ, сочетающая в себе новейшие идеи и древние эглертианские традиции. Золотая середина. Если бы Астори официально пошла на соглашение с «жёлтыми», консерваторами, в чьих заявлениях слышатся отголоски крайнего национализма, это был бы скандал.
Но Астори нужно другое.
Ей нужен Уолриш.
Лидер «жёлтых», старый лорд, почти выживший из ума, её давний противник, которого она ненавидит всей душой… Астори никогда не думала, что наступит день, когда она предложит ему союз. Но поддержка Уолриша, а значит, и большей части «жёлтых», необходима, чтобы перевесить «зелёных» и стайку дружественных им партий при голосовании. Когда её проект о чрезвычайном положении будет готов, она покажет его Совету, чтобы выслушать «за» и «против». Если она сумеет правильно разыграть карты и расставить акценты… даже Тадеуш не сможет ей помешать.
Астори решила окончательно и бесповоротно: она усмирит Север, а если он не пожелает усмиряться — заставит бунтовщиков захлебнуться в собственной крови. Верные ей правительственные войска втопчут мятежников в неблагодарную и лживую северную землю.
Она подходит к «жёлтым», настороженно умолкающим при её виде, и приветствует их деловым кивком.
— Здравствуйте, господа… Ваша светлость, можно вас на минуту?
— Разумеется, Ваше Величество. — Уолриш с кряхтением поднимается, хрустя суставами, и отходит с Астори за угол. Она оглядывается, лихорадочно облизывая губы.
— Чем обязан такой чести?
— У меня предложение к вам, — быстро говорит она, прищуривая глаза.
— Какое же?