И вот теперь, спустя столько лет, вся эта история опять всплыла, заставив Сава глубоко задуматься по дороге в Университет. Так глубоко, что он чуть было опять не свернул не на ту улочку, лишь в последний момент осознав, что идет не туда. Добравшись, наконец, до своей комнаты, господин Дерси зажег все три свечи в тяжелом, грубовато сделанном подсвечнике на столе и хмуро уставился на письменные принадлежности, как будто они были причиной всех его бед. Он не хотел писать королю о том, что узнал. Очень не хотел. И в то же время понимал, что обязан. Компания сына осужденного советника (а в том, что Исари был сыном Ширина, сомневаться не приходилось, вспомнив их явное сходство и слова Моросовы) для принца была именно той опасностью, которой опасался Его Величество. Алур был слишком легко внушаем. С трудом верилось, что эта встреча случайна. Проблема была в том, что Монерон нравился Миррисаву, и портить парню жизнь он не хотел. А ведь король Лигории скорее всего потребует у фосского короля выдачи Митади. И даже если его сына оставят в покое, что с ним будет без поддержки отца? Обучение в Университете стоит дорого, да и скандал, который обязательно разразится, добавит новых проблем. Как уже понял Сав, ректор серьезно относится к репутации своего детища, навряд ли он станет терпеть среди студентов сына преступника, даже если приговор тому вынесен в соседней стране.
Терзаясь сомнениями, королевский секретарь проворочался в постели до трех часов ночи и на следующее утро встал совершенно не выспавшимся. Он надеялся, что внешне это не заметно, но хорошо знавший его Лерок, встретив господина Дерси утром в шумном коридоре между двумя парами, забеспокоился настолько, что, не говоря ни слова, утянул его в ближайший пустой кабинет.
— У меня семинар через десять минут, — недовольно проворчал Миррисав, не делая, впрочем, попыток уйти.
Посоветоваться хоть с кем-то очень хотелось.
— Что у тебя случилось? — не обратил внимания на его ворчание Кирив. — Опять с принцем поцапался?
— Да лучше уж поцапался бы, — криво усмехнулся королевский секретарь. — Только это вряд ли. Ты же знаешь, Его Высочество меня избегает.
Он помолчал немного, а потом со вздохом признал:
— Он всегда сбегает от серьезного разговора. А вчера мне особенно нужно было с ним поговорить.
— Так и знал, что не надо было тебя одного отпускать! — его помощник досадливо взмахнул рукой. — Все этот чертов Моросова. Расскажешь?
Кирив не имел права настаивать, чтобы Сав все ему рассказал. В конце концов, некоторые вещи лучше вообще никому не доверять, даже ближайшему соратнику. Прекрасно осведомленный о специфике работы королевского секретаря, Лерок и сам предпочитал держаться подальше от всякой сомнительной информации. Однако его главной задачей было защищать господина Дерси, поэтому он все же хотел выяснить причину беспокойства своего шефа. Поколебавшись немного, Миррисав, все же рассказал о вчерашней встрече с пассажиром серой кареты.
Минуту стояла тишина, наконец, Кирив негромко спросил:
— Ты напишешь королю?
— Не знаю! — господин Дерси даже повысил голос, что с ним крайне редко бывало, потом, уже тише, добавил, — Но ведь я должен.
— Тут я тебе не советчик, — тяжело признался Лерок. — Ты ведь знаешь, для меня все эти слова о долге перед короной пустой звук. Но я обязан позаботиться о твоей безопасности, поэтому должен спросить. Чем тебе это чревато, если ты все скроешь от Онара Гирийского?
— Не задавай глупых вопросов, — усмехнулся Сав. — Его Величество плохо воспринимает такие шутки.
— Ты ведь не хочешь ему ничего рассказывать, я правильно понял?
— Правильно, — кивнул господин Дерси. — Исари Монерон, то есть Исс Митади, неплохой парень. Я не хочу навлекать на него столько проблем, да и история вся эта была уже так давно. Если бы только они не были с принцем друзьями.
Он замолчал, не договаривая очевидное. Если бы не большая вероятность, что Монерон не просто так затесался в компанию наследника лигорского престола, Сав не стал бы ничего писать королю. А так — он просто обязан.
В серьезном внутреннем разладе он отправился на семинар, который, как назло, должен был проходить в группе принца и Исари. Его Высочество выглядел бледным и нервно покусывал потрескавшиеся губы. Сын бывшего советника выглядел не лучше, даже не пытаясь поднять глаза на Миррисава. Их друзья, Ролин Карп и Дарек Жунир, с беспокойством и удивлением поглядывали на них, пытаясь понять, в чем дело.
Проведя семинар, господин Дерси поскорее покинул класс, не имея никакого желания терзать себя и дальше видом понурого Монерона. Он даже почти не обратил внимания на Анареллу Лигови, задумчиво проводившую его неожиданно хмурым взглядом. В коридоре королевского секретаря догнал Ролин Карп.
— Господин Дерси, — окликнул он его.
— Что вам, господин Карп? — обернулся Миррисав, внутренне досадуя.
— Скажите…что-то случилось с Алуром и Исари? — Ролин неуверенно взглянул на своего преподавателя.
— Почему вы считаете, что я должен это знать? — удивленно приподнял бровь Сав.