Тот год брака был самым странным временем в жизни Миррисава. Сначала они привыкали друг другу, ведь были совсем незнакомы до этого. Он учился делить свой дом с кем-то еще, помнить, что его теперь ждут вечерами. Анарелла училась тонкостям светской жизни, внимательно слушая все, что объяснял ей Сав, проявив неожиданный ум и хорошее чутье на людей. Постепенно она стала все больше окружать Сава заботой, в мелочах стараясь сделать его жизнь более комфортной. Это оказалось неожиданно приятно. Он не мог не признать ту смелость, с которой девушка окунулась в совершенно незнакомую для нее жизнь. А еще он никогда не забудет случайно подслушанный разговор, когда Анарелла, только недавно начавшая выходить в свет, дала резкий отпор одной из придворных красавиц, которая нелицеприятно отозвалась о королевском секретаре. То, что он не пользуется большой популярностью при дворе, не было для господина Дерси новостью, но вот то, с какой яростью его жена обрушилась на собеседницу, заставив ту даже опешить, это было неожиданно. Впрочем, Элла всегда была ураганом в миниатюре. Настоящая красавица, казалось с трудом заставляющая себя сидеть на месте, постоянно готовая куда-то стремительно сорваться. Полная противоположность своему мужу, даже где-то флегматичному на вид, с тихим голосом и безмятежным взглядом, правда, иногда слишком пугающе спокойным.
За их спинами постоянно перешептывались, судачили, но Миррисав не обращал внимания. После полугода совместной жизни он внутренне уже принял решение. По лигорским законам брак мог быть расторгнут после года, с момента его заключения. И под конец этого срока королевский секретарь собирался поговорить с женой. Он не хотел отпускать Анареллу, надеясь что и она не захочет уйти. Вот только накануне Монти принес ему известия, перевернувшие все с ног на голову. Его жена состояла на службе в Тайной Канцелярии. Как он не заметил этого раньше, почему не обратил внимания на ее иногда странное поведение, Сав и сам не мог понять. Впрочем, его не удивил такой исход дела. В конце концов, завербовать дочь фаворитки короля было неплохим ходом для тайной полиции. Слишком значимой фигурой та была в Лигории, тем более, что Лисова явно запала Онару Гирийскому в душу, раз вот уже пять лет он не отпускает ее от себя на зависть всем соперницам. Миррисав не знал, в курсе ли Его Величество службы Анареллы, хотя, скорее всего, ему было на это наплевать. И если честно, господина Дерси тоже охватила какая-то странная апатия. Он просто пустил все на самотек, решительно отказываясь обращать внимания на ожидающие взгляды своей жены. Разговора так и не состоялось, и госпожа Дерси снова стала госпожой Лигови. Миррисаву показалось, что она покидала его дом с каким-то разочарованием, но он был уверен, что ей совсем не нужен лишний балласт в жизни в виде ревнующего мужа.
Королевский секретарь очнулся от тяжелых воспоминаний, когда догорела последняя свеча, погрузив комнату в темноту. Он поднялся из кресла и на ощупь нашел новую, после чего пристроил ее на подсвечник и зажег. У него осталось еще одно небольшое дело, несмотря на поздний час. Надо было все-таки написать письмо королю, а также своему помощнику, Габриэлю Вари, с указанием пока ничего не предпринимать по поводу Митади. Решение уже принято, обещание принцу дано. Теперь осталось лишь следовать ему. Но Миррисав пообещал сам себе, что он не выпустит Исари Монерона из поля зрения. Хотя интуиция подсказывала ему, что навредить Алуру парень не хотел, однако теперь Сав нес ответственность не только за наследника лигорского престола, но и за сына бывшего советника.
Следующие две недели выдались на редкость суматошными. Наступило время промежуточных контрольных, и Миррисаву пришлось серьезно засесть за учебники по древнегопосскому, составляя проверочные тесты для своих студентов. Требовалось подготовить что-то посерьезней, чем то, что он давал им на первом занятии. Сав подозревал, что методические материалы ему должны были все-таки выдать в учебной части, но там лишь развели руками, говоря, что предыдущие преподаватели занимались по своим методикам. Судя по довольной полуулыбке ректора, иногда встречаемого в коридорах, сей почтенный муж не удержался от маленькой мести лигорцу и непосредственно приложил руку к создавшейся затруднительной ситуации. Господин Дерси лишь невозмутимо улыбался в ответ с легким полупоклоном и шел корпеть над книгами дальше. Хорошо хоть привез из дома несколько своих собственных учебников, как чувствовал, что понадобятся.