– Древо Света, – кивнул Зейн. – Как ты можешь судить по тому, что здесь никого нет, это не та точка, с которой его обычно видят туристы. Но я уверен, что отсюда вид намного лучше. И нам не надо ни с кем его делить.
По спине пробежал знакомый холодок, который Зейн ошибочно принял за озноб. Он тут же снял смокинг и накинул мне на плечи. И прошептал на ухо:
– А вот теперь смотри.
До сих пор он ни в чём не ошибся. Я подняла глаза. Поначалу смотреть было особо не на что: тёмное небо, но без звёзд – слишком уж яркими казались городские огни.
Я чуть не проморгала падающую звезду. Вот только это не могла быть она – слишком близко. Эта яркая вспышка летела быстро, как комета, и оставляла за собой светящийся след. Без единого звука. Стремительно.
Волосы у меня на руках встали дыбом.
– Что это
Он не ответил, просто сжал мои плечи крепче.
Над нами пролетела ещё одна звезда, и ещё одна, пока их не стало так много, что невозможно было сосчитать. И все они направлялись к Дереву Света.
Первая искра опустилась на его крону, и вскоре к ней присоединилось множество других. Казалось, что Древо окутало пламя.
И вдруг, в одно мгновение, они изменили цвет с белоснежного на алый – все как одна. Приглядевшись, я поняла, что каждый шарик света – это маленькие феи-мотыльки. Их можно было различить в небе, когда поток ярких искр над нашими головами истончился. Прекрасные создания невероятной силы.
Феи-мотыльки явно не щадили сил, чтобы устроить великолепное представление. Со своего места я могла видеть, как то одна, то другая падают с Дерева в изнеможении, а их место тут же занимают новые существа, чтобы сохранить всю картину. Исчерпавших свои силы фей подбирали их подружки и уносили назад – в то загадочное место, откуда они появились.
Я обернулась к Зейну.
– А ты слышал про гипотезу, согласно которой такие вещи происходят и в других частях Диких земель, но нерегулярно? Представляешь, каково это: внезапно увидеть подобное в глухом лесу? Вот почему я так рвусь путешествовать. Дикая Охота открыла мне глаза на всякие чудеса – и теперь я, похоже, на них запала!
– Сэм, великая путешественница, – улыбнулся Зейн.
Я улыбнулась в ответ.
Древо Света часто фотографировали, существовали документалки, снятые в наилучшем качестве, и всё же – никакие изображения не могли сравниться с тем, что я увидела своими глазами.
Внезапно, как началось, чудо кончилось. В одно мгновение. Крона снова потемнела. Я представила, как толпа по другую сторону от дерева расходится, возвращаясь в дома или отели, но мы не спешили. Мы наблюдали за погасшими феями-мотыльками у нас над головой, роившимися в ночном небе: теперь их освещали только блики уличных фонарей.
– Спасибо, что привёл меня сюда, – обратилась я к Зейну. – Как ты узнал об этом месте?
– О нём известно многим, но все предпочитают увидеть главное представление. Их не интересует закулисье и труд фей. Но мне казалось, что ты отнесёшься к этому так же, как и я. Увидеть, как тяжело им это даётся… Ты понимаешь, что всё лучшее достаётся нам легко.
– Да. Это… потрясающе, Зейн. У меня слов нет.
Если бы я жила в Лавилле, то приходила бы сюда, на этот мост, каждый вечер. Как люди могут быть так равнодушны? Впрочем… В Кингстауне тоже много чудес, ради которых люди приезжают со всего мира. Воспарение русалок. Гарцующие келпи в Гайд-парке. Как я относилась ко всему этому? Не так восторженно. Человек быстро ко всему привыкает.
Находились даже недовольные: подумать только, такой сильный источник волшебства – и посреди города! Якобы искажения в потоке магии из-за Дерева Света были опасны для Талантов. Их возмущало, что приходится отказываться от чар красоты, потому что, нестабильные, они могли разрушиться в любой момент и оставить чародея в чём мать родила. Я считала, что главная причина именно в этом, а не в опасности для Талантов.
– Хорошо всё-таки, что мы отправимся в Джергон уже завтра, – сказал Зейн, проводив взглядом последнюю фею.
– Ага. Надеюсь, принцесса сдержит слово. И сорока восьми часов мне хватит.
– У нас куча времени. Да и принц Стефан, если что, – не самая худшая партия.
