Я отложила газетенку. Из всего прочитанного я лишь поняла, что надо спасаться, и скоро мы все умрем. Но так как газета была пятнадцатилетней давности, надежда все же есть. Хотя… я нахмурилась и уставилась на дату выпуска. Потом выхватила из сумки свой учебник по хронологии, перевернула страницы.
И рухнула на скамью. А ведь получается, что безумный Правдивый Макс в чем-то был прав. Спустя три месяца после появления его статьи случилось кровавое нападение хищников Гряды на столицу. Этот день назван черным, каждый год королевство вспоминает трагедию опущенными флагами. Число жертв исчислялось сотнями… Звери просто обезумели, они лавиной накатывали на оградительные барьеры, гибли на пиках заклинателей или от огнестрелов, но продолжали двигаться в сторону столицы. Исследователи до сих пор спорят, что с такой невероятной и неистовой силой влекло сюда этих тварей. От того дня остались страшные хроники, на которые тут же нанесли грифы секретности. Дядя рассказывал, что день стал черным от ядовитого тумана и смертоносных исчадий бездны — летящих, ползущих, бегущих или прыгающих. Но одинаково опасных для людей. Словно все, чего желали дикие твари — убить. Уничтожить.
Я снова посмотрела на страницу в учебнике хронологии. Но при чем тут загадочное копье? И почему Правдивый Макс считал его предвестником трагедии?!
А самое пугающее, как с этим связаны Эш и я?
Не найдя ответа, я придвинула к себе тоненькую брошюрку «Исследование природы изменения чар». На мятой обложке стояла широкая красная печать «Отклонено!» Похоже, высший ученый совет королевства не принял изыскания некоего исследователя, и именно поэтому брошюру я нашла не в отделе научной литературы, а в развлекательном чтиве, где она пылилась годами.
Попыталась читать и скривилась. Язык написания оказался тяжелым, пестрил множеством научных терминов и слов на чароите. Надо время, чтобы разобраться. Поэтому я отложила чтение на потом.
Последнее — справочник для заклинателей-законников: «Судебные постановления и процессы». Подумав, я нашла дату пятнадцатилетней давности. И даже не удивилась, увидев запись.
«Дело № 253 О гибели Камелии Янсон, студентки-вольнослушательницы ВСА.
Тело студентки найдено утром 12 апреля у стен башни академии без признаков жизни из-за падения с высоты. Под подозрение в совершении сего жестокого злодеяния попало несколькостудентов данного учебного заведения. Однако вина подозреваемых так и не была доказана. Присутствующий на слушании состав судей и свидетелей пришел к выводу, что имел место несчастный случай. Подруга г-жи Янсон утверждала, что Камелия плохо себя чувствовала, страдала галлюцинациями, повышенной возбудимостью и общим тревожным состоянием. Именно это и стало причиной ее смерти, Камелия сорвалась с верхнего этажа башни. Что девушка делала в окне здания, выяснить не удалось. Дело об убийстве вел дознаватель Э. Харлин. Дело закрыто и передано в архив…»
Я вздрогнула. В библиотеке повеяло холодом. Святой Фердион… Что случилось в тот страшный год? Неужели госпожа Вельвет и Аодхэн говорили об этой девушке? Камелия Янсон, случайница. Как и я. Почему в рассветный час она поднялась на башню и прыгнула вниз? И прыгнула ли? Или ее все-таки столкнули?
Я снова подняла к глазам листок и вздрогнула. Теперь понятно, почему так мало данных по этому делу. Камелия Янсон умерла через два дня после нападения тварей Гряды. Слушание по поводу ее смерти состоялось значительно позже, уже почти летом. Очевидно, после всеобщей трагедии было не до выпавшей из окна студентки.
Вот только и ректор ВСА, и Аодхэн до сих пор помнят никому не известную Камелию Янсон. Так почему? Что означала ее смерть и жизнь для этих двоих?
И почему мой внутренний голос настойчиво твердит, что все не так просто, как записано в сухом отчете из архива?
Додумать не успела, за стеллажами раздался вопль смотрителя:
— Украли! Обокрали! Воры! Помогите!
Я подхватила сумку и бросилась на голос. Оказывается, пока я сидела, библиотеку наполнили другие студенты и сейчас все они испуганно толпились у стола библиотекаря. В дверях вертела головой удивленная Тензия Лебвест, а откуда-то из темноты показалась фигура Аодхэна.
