Спала беспокойно, все виделась та стена и Вандерфилд, почти прижимающий меня к ней. И желание, пока не озвученное им. Но в том, что парень обязательно воспользуется моим проигрышем, я даже не сомневалась. Что он заставит меня сделать? Наверняка что-то ужасное и мерзкое…
Произошедшее настолько выбило из колеи, что у меня даже аппетит пропал, и утром я ковыряла кашу без привычного энтузиазма.
Я пыталась сосредоточиться на уроках, но скучная арифметика или хронология не могли завладеть моим вниманием.
«Ты проиграла…»
Высокомерный сноб доказал, что он сильнее. Что может остановиться в любой момент. Что поцелуи в мастерской ничего не значат… И что я дрожу и теряюсь рядом с ним!
— Все объяснимо, — прошептала я, не видя формулы в тетради.
Вандерфилд для меня — воплощение всего, что представляет собой королевство Бездуш. Он красивый, успешный, богатый. И нас связывает общая тайна. Поэтому он мне… небезразличен.
— Трусливая Тина, — мрачно хмыкнула я.
— Вы что-то хотите добавить, Аддерли? — услышал мои бормотания профессор арифметики. Я что-то пролепетала в свое оправдание и снова упала на скамью. Нет, так я с ума сойду! Надо просто выкинуть все из головы!
— Ага, всего-то…
— Вы определенно хотите нам что-то сказать, — снова повернулся ко мне преподаватель. — Не смею мешать. Задача ждет вас!
Я потащилась к доске, ругая себя, но уже молча. Правда, сложные формулы на время отвлекли от мыслей о Вандерфилде.
После занятий я потратила еще один син на кусок пирога в лавке и решила пройтись, потому что мне просто необходима была прогулка на свежем воздухе, чтобы выветрить из головы ненужные мысли.
Натянув куртку и шапку, я спустилась по ступеням и двинулась к темнеющим елям. Короткий осенний день угасал, разбавлял синеву теней красным. Гуляющих среди деревьев не было — время ужина. Я тоже рассеянно жевала пирог. ВСА возвышалась за спиной исполинской громадиной. Центральное здание, два крыла и семь отдельно стоящих башен. Три связаны сквозной галереей, остальные возвышаются вдали. В одной хранятся книги, во второй находится ключница, а в других я еще не была. Из окон основного здания лился теплый свет; где-то за углом рассмеялась девушка…
И я тоже улыбнулась. Прочь уныние, к тому же долго грустить я просто не умею. Я ведь в академии, у меня есть прекрасная новая форма и впечатляющие перспективы! Все будет хорошо!
А о всяких гадостях надо просто не думать! Например, о Вандерфилде.
Сунула нос в куцый воротник своей куртки и пошла мимо кленов. Листья с них почти облетели, у стволов лежали сухими кучами. Возле центрального входа ВСА стояли уличные тепловаторы, согревая землю, так что здесь все еще царила ранняя осень. И даже клены кое-где радовали красно-желтым «оперением». В этом месте было безумно красиво, вроде бы и академия совсем рядом, и в то же время — почти лес. Я подкинула носком ботинка сухой хрупкий лист. С неба срывался снежок. Высунула язык, пытаясь поймать хоть одну снежинку. В детстве мне говорили, что это к удаче! Льдинка уколола губы, и я рассмеялась — удалось! Значит, теперь все наверняка образуется…
Темный силуэт я заметила краем глаза. Не рассмотрела — то ли фигура, то ли тень. И тут же меня толкнули в спину с такой силой, что я кубарем полетела куда-то вперед. В глубокую яму!
Вскрикнула, больно ударившись коленками и ободрав ладони. На дне торчали колючие корни.
— Эй, ты что делаешь? — крикнула я.
Вместо ответа сверху рухнула огромная куча сухих листьев, мусора, перегноя и земли! Все это засыпало мне глаза и рот, который я не успела закрыть! Отплевываясь и проклиная неизвестного мерзавца, я протерла глаза. Но не успела их открыть, как новая куча воняющего добра свалила меня с ног!
— Хватит! Прекратите!
Да что это такое? Меня же просто закопают тут!
— Остановитесь!
— Знай свое место, чучело! — шипящий голос сверху я не узнала, даже не поняла, мужской он или женский.
Мое место? В мусорной яме, значит? Вот как?
Злость обожгла горло, во рту пересохло. Или это от земли, которой я наелась?
Выдохнула, запрещая себе бояться! Яма глубокая, но меня найдут!.. А если нет?
— Отбросы к отбросам…
Сверху рухнула еще одна куча — уже с камнями и стеклом. Я зажмурилась, спрятала в ладонях лицо.
— Хватит!
Но останавливаться сволочь не собиралась. Или сволочи? Сколько там человек? Я уже ничего не видела, горло саднило.
Сопротивляйся, Тина! Разозлись! Неужели ты позволишь себе валяться в этой выгребной яме и пачкать новую форму? Ну же, поднимайся!
Глубокий вдох, от которого в рот забились сухие травинки. Выдох. Ярость на того, кто сделал со мной это. Пальцы потеплели. А потом закололо кончики, как бывало от соприкосновения с моим материалом. Но ведь дерево — тоже будущая бумага, так? А вокруг меня так много веток, сухих корней и листьев! Получается!
В памяти как назло пусто, ни одного слова на чароите!
Я сжала в руке ветку и швырнула куда-то вверх:
— Pectro!
