— Упаси Святой Фердион, господин Пантере! — откликнулась я. — Это мой… хм… знакомый по академии. И он уже уезжает.
— Вот уж и не думаю, — Вандерфилд вдруг улыбнулся. Да так, что, кажется, бледное осеннее солнце засмущалось и решило отсидеться за тучками, пока на земле бродит такое сияющее божество!
— Почему же нет, милая? — упорствовал хозяин чайной. — Смотри, какой пригожий! И мобиль дорогой, видать, сины водятся. А ты, конечно, девочка ладная, вон у тебя и тут есть, и там… — старик не мудрствуя лукаво изобразил, где и что у меня есть. Я чуть под землю от стыда не провалилась! — Но ведь ты нищая! И тетка твоя уже старая, а дядя и вовсе неходячий… А так хоть накормит кто, куртку новую купит! У тебя же слезы одни, а не куртка! На рыбьем-то меху одежа, а впереди зима!.. Так что парня надо брать!
— Перестаньте! На куртку я сама как-нибудь заработаю! — зарычала я в унисон с мобилем. Тот даже примолк — впечатлился.
Вандерфилд ухмылялся во весь рот, вольготно опершись о край своего зверя. Похоже, Эша происходящее забавляло! И поняв, что по-другому это представление не остановить, я со злостью распахнула дверцу и села в салон.
Вандерфилд устроился рядом и нажал на педаль ускорения, оставив позади разочарованных зрителей.
— Ну? — буркнула я. — Зачем явился? Плохие новости могут подождать до завтра!
— Почему сразу плохие?
— А что еще от тебя ожидать?
Он посмотрел хмуро, растеряв веселье.
— Я отвезу тебя в академию.
— Зачем? — опешила я. — Сама доеду, на вагончике. Утром.
— Сейчас. И со мной.
— Никуда я с тобой не поеду! У меня законный выходной!
— Поедешь.
Мы уставились друг на друга, скрипя зубами от злости. Вандерфилд выдохнул, мотнул головой.
— Пустышка, ты можешь не пререкаться и просто собрать свои вещи?
Я упрямо насупилась.
— Поедешь со мной сегодня, заплачу пятьдесят синов.
— Что?
— Шестьдесят. Тебе ведь нужна новая куртка? — он окинул меня взглядом. — И ботинки, судя по всему. И весь остальной гардероб.
— И что я должна делать за эти деньги? — еще больше насупилась я.
— Ничего. Просто… провести со мной время. Я к тебе и пальцем не прикоснусь, хватит на меня так таращиться! — он ударил ладонью по рулю. — Так что?
— Зачем тебе это?
— Считай, что я раскаиваюсь.
— Ты?
Даже смешно стало. Да и раскаивающимся он совсем не выглядел, скорее — мрачным.
— Представь себе. Думай быстрее. Шестьдесят синов за пару часов со мной.
Мысли в моей голове завертелись с лихорадочной скоростью. Просто провести время? И получить за это деньги? Подозрительно. В чем подвох? Хотя кто знает, что там у этого белобрысого в голове!
Шестьдесят синов… Шестьдесят! Можно обеды оплачивать. Или купить себе зачарованную торбочку, уменьшающую вес учебников и тетрадей. А то от сумки уже плечо болит!
И какая разница, мыть ему полы или просто сидеть рядом? Тем более, за дополнительную плату!
— Считай, что я проникся твоими словами о золотой башне, — протянул Эш, — и решил стать ближе… к народу.
Я фыркнула. Ну да, что-то не верится! Но… Шестьдесят синов.
— Согласна! — выпалила я раньше, чем включился инстинкт самосохранения. Он у меня вообще плохо работает на голодный желудок. А последнее время голод стал моим вечным спутником. Эш довольно улыбнулся, и я тут же пожалела о своем решении. Но что сказано, то сказано.
— Деньги вперед!
— Конечно. Забери свои вещи. У тебя десять минут, пустышка, — велел Вандерфилд, притормаживая у моего дома. Отсчитал шесть купюр и сунул мне в руки.
Я гневно фыркнула на ограничение времени, но все же постаралась не задерживаться. Родные расстроились моему неожиданному отъезду, пришлось соврать о срочных делах в академии. Чувствовала я себя при этом мерзко, но зато тетя сразу округлила глаза, и велела торопиться. ВСА — это же почти святое!
Побросав в сумку тетради, я вернулась к мобилю Вандерфилда.
Сегодня Эш снова проехал через заброшенный мост, словно тот его притягивал. Правда, останавливаться не стал, лишь посмотрел на реку. И нажал на педаль, посылая черного зверя в полет! У меня даже дух захватило от скорости!
За окном мелькали фонари, а потом мы влетели… в центр! Снова!
— Разве проезд сюда не надо оплачивать? — не придумала я лучшего вопроса.
— У меня неограниченный въезд, — не поворачивая головы, ответил Эш.
Ну, конечно. Кто бы сомневался.
Когда мобиль остановился на стоянке за Колесом Бесстрашия и Вандерфилд велел выходить, я напряглась. И осталась сидеть.
— Зачем это?
— Прокатимся.
— Ты решил сбросить меня с этого круга? — ахнула я.
— Прекрати паясничать! — поморщился белобрысый гад. — Ничего я тебе не сделаю. Посмотришь город. Ты ведь не была на Колесе, так?
Я кивнула. И снова осталась сидеть.
— Позволь, уточню. Ты хочешь, чтобы мы вместе сейчас вышли из мобиля, купили билеты и залезли в одну из этих кабинок?
— Да. Что непонятного?
— Вместе. Ты и я. Со мной в кабинку? Ага, я поняла. Неприкосновенные задумали очередную каверзу. У вас сегодня экзамен по издевательствам над поломойкой? Что в программе? Облить меня какой-нибудь гадостью? Публично унизить? Заставить визжать от страха? Повесить вниз головой над кабинкой? Что?
