Дала окинула взглядом вождей, и ей вновь вспомнился последний спор с Рокой. Он хотел забрать в Пью самых верных воинов, всех до единого. Она тогда сказала, что это будет ошибкой.
Его золотые глаза сузились, и он нахмурился, садясь.
– Ты считаешь, вожди предадут. Даже сейчас, когда рай так близок?
Дала вздохнула и села напротив. Даже после стольких лет её не переставала удивлять его наивность в подобных вещах, но она также напоминала Дале о том, почему он такой необыкновенный.
– Ты сосредоточен на цели, на мечте, тебе не понять. Но мелкие умы редко видят дальше своего носа. Да, Рока, они предадут.
Он встретился с ней взглядом, и на его лице огромными буквами было написано разочарование. Далу вновь поразила чувствительность, запертая внутри величайшего орудия бога. Как всегда, у неё возникло желание его защитить, спасти, использовать и соблазнить. Но последний порыв она проигнорировала, зная, что это кончится неудачей, как всегда и бывало.
Дала вернулась в реальность, когда толпа затихла, а затем взорвалась аплодисментами. Старухи вежливо хлопали, молодёжь пронзительно улюлюкала, мужчины ревели. В своей знаменитой рунической кирасе, сверкающей в лучах полуденного солнца, с корабля сошёл Айдэн Щитолом.
В его бороде теперь вились серебряные нити; загорелое, чуть морщинистое лицо гармонировало с мускулистыми конечностями, толстыми, как у статуи Вола. Дала стояла в конце причала и объявила собравшимся – хотя слышать её мог мало кто:
– Приветствую тебя, великий вождь, герой Обетования Тэгрина.
Люди Айдэна замерли в ожидании, и он поклонился.
– Благодарю, Святая Матерь.
Говорил он как всегда негромко. У него был всё тот же безучастный взгляд, как будто мир ему наскучил. Айдэн пережил около сорока зим – больше, чем многие из тех, кто живёт мечом, и всё же выглядел сильным и здоровым. Он возвышался над Далой, хотя сама она тоже не была низкой. Его мозолистая ладонь покоилась на навершии рунного клинка. Кираса сидела на нём так, будто носил он не доспехи, а удобную одежду. Дала не знала, как выглядят короли, но решила, что примерно как Айдэн.
– Великие вожди собрались, – сказала она тише, чтобы услышал только он. – Несколько Великих Матерей и Вишан коронуют тебя Первым Вождём Аскома. Кто-то изберёт тебя своим партнёром и станет Первой Матроной. Что ты будешь делать, когда это случится?
Айдэн кивнул.
– Я их слуга. Шаман считает, что для войны за Обетование Тэгрина нам необходимы кочевники, Матриарх. Когда всё закончится, я намерен поговорить со своими людьми.
Дала уставилась на него и заставила себя моргнуть. Об этом Рока в письме не упомянул.
Внутри нарастал гнев, и она понимала – если бы она об этом знала, то, скорее всего, не согласилась бы, не помогла бы и, вероятно, даже постаралась бы помешать.
Она откашлялась.
– Ты уверен, что это будет… мудро, великий вождь? С тех пор, как мы покинули границы и возвели стены, набеги поутихли. Кочевникам много не потребуется, чтобы возобновить налёты.
– Глас Божий выразился ясно, – отрезал он, прекращая дальнейший спор.
Дала выдавила улыбку. Айдэн был фанатично предан старым богам и их пророку, как и многие из молодняка «поколения Гальдры», считавшие Року полубогом. Она была уверена: если бы он сказал им прыгнуть в жерло вулкана, они бы лишь спросили, как угодно богам – головой или ногами вперёд?
– Что ж, – сдалась она. – Тогда не будем терять времени. Уверена, за закрытыми дверями вожди будут брюзжать, но твоё назначение примут. Землёй уже управляет гильдия фермеров. Вожди следят за ремесленниками, строителями и соблюдением наших законов. Ты же станешь управлять самими вождями. Но нам всё равно будет что обсудить.
Айдэн кивнул, как будто его это не волновало. В его поведении сквозило ровно столько грубости и нетерпения, сколько и ожидаешь от человека, которого вот-вот назовут королём. Но Дала не собиралась его упрекать.
В любом случае вступать с ним в конфликт бесполезно. Это была великая честь, и поскольку остановить церемонию уже нельзя, лучше заручиться преданностью Айдэна на будущее, оказав ему необходимую поддержку. Дала искренне улыбнулась и положила руку на предплечье.
– Нет человека более достойного. Ты навсегда останешься в истории Первым Вождём Аскома. Я всеми силами буду тебя поддерживать.
Вождь южан, казалось, слегка удивился, затем отвесил ей полупоклон.
– Благодарю тебя, Матриарх. Твоя поддержка весьма желанна.
Дала вернулась на своё место у края внутреннего круга. Следующими Айдэна приветствовали Вальдайя и Великие Матери нескольких знатных семей, но Дала уже этого не слышала. Как и всегда, разговор с его участием быстро сошёл на нет, и элита Орхуса заняла свои места среди окружавших её статуй старых богов.
