Короли пепла полностью

– Я как раз об этом рассказывал вот этому другому любопытному. Я убил кулаками медведя и нашел этот меч в его глотке.

Рока почувствовал, как его глаза сузились. Хаки Смелый нашел волшебный меч в брюхе чудовища – это была древняя сказка из Книги Гальдры. Над ним просто потешались.

Решив пока что не марать руки Букаяга, он отвернулся, затем затерялся в толпе и стал ждать. Он последовал за юнцом через долину, наблюдая, как молодой павлин расхаживает с напыщенным видом по оживленным улицам, словно какой-нибудь герой-завоеватель, казалось, с единственной целью – чтоб все видели. С наступлением темноты парень купил фляжку вина и направился к домам побогаче.

Рока проследовал за ним к сараю за домом. Когда юнец спешился, гигант схватил его и втолкнул внутрь, прижав к тонкой деревянной стене и обхватив своей ручищей его шею.

– Где, – прошипел Рока, – ты взял этот меч?

Глаза боевой лошади вспыхнули, и она заскребла копытом землю. Ее хозяин запаниковал, напрасно потянувшись за клинком, но Рока обхватил другой рукой его запястье и сжал.

– Если мне придется спросить еще раз, сородич, я раздроблю тебе руку. – Он позволил Букаягу улыбнуться и увидел, как расширились зрачки юнца.

– Я… забрал его… у человека с Юга. Я сразился с ним в поединке и убил. Этот меч мой.

Рока очень сильно сомневался, что этот малец когда-либо с кем-то сражался, не говоря уже о том, чтобы насмерть.

– И где же он взял меч?

– Я не…

Рока сдавливал, пока не почувствовал, как хрустнула кость.

– У какого-то калеки! Не он сам, но он сказал, что украл меч у одного богача, а тот купил его у какого-то калеки! Прошу! Это все, что я знаю.

Рока всматривался, пока не убедился, что парень не врет, затем подождал, пока успокоится возбужденная лошадь. Он отпустил юнца, стоявшего теперь на коленях, и снял и меч, и ножны с лошадиного бока.

– Ты дурак, но я тебя пощажу. Ношение такого оружия делает тебя мишенью для каждого честолюбивого воина, стремящегося к славе. Однажды тебя нашел бы кто-то достойный и убил.

Сын богатой матроны схватился за свое помятое, но не сломанное запястье. Он вскинул голову, словно хотел резко возразить, но передумал.

Мысли Роки уже унеслись в будущее, прикидывая, откуда ему начать поиски. Эгиль, очевидно, забросил свое ремесло и стал «калекой, продающим реликвии». Что ж, выследить его будет столь же просто… Рока надеялся, что Квал делает успехи, и что Арун с Алтаном будут защищать его достаточно долго, и что их припасов хватит, пока он странствует и собирает людей.

В своей Роще он пересек поляну и подошел к большому зеленому озеру. Его берега представляли собой твердую почву, кроме участков островного песка, которые он создал, отправив сюда фрагменты реальности. Мертвецы молча трудились в сухом доке – их третья попытка построить более крупный и прочный корпус в стиле Пью. Рока кивнул Моряку-с-побережья, который работал над улучшением парусов и искал способы сделать их шире.

Если Квал потерпит неудачу, если их обнаружит Орден, или если вождь Хальвар предаст, и Рока вернется ни с чем, он мог только надеяться, что построит корабли с помощью мертвецов.

Но хочется верить, что нет, подумал он, разминая покрытую шрамами руку и представляя, как это будет напряжно. Он все еще мало понимал в цене, которую платил за то, что создавал нечто из ничего. Если вообще существует цена, решил Рока, но без убежденности. Он знал: ничто ценное не дается даром.

О доски пола шаркнул сапог, и Букаяг обернулся. Он зарычал – почти с ликованием, словно только этого и ждал – и схватил парня за руку. Тот держал в ней маленький чистый кинжал, который, должно быть, прятал в рукаве.

– Мой брат пощадил тебя, – прошипел Букаяг. – Но я знал, что незачем. О да, мальчик. Я знал.

Несостоявшийся убийца Роки моргал, бледный, но все еще полный решимости. Он нанес дикий удар другой рукой. Букаяг отбил его кулак своим лбом.

Парень ахнул и отшатнулся в сторону, а Букаяг последовал за ним. Обхватив его своими ручищами, словно в объятиях, он широко разинул рот и сомкнул челюсти на почти безбородой щеке.

Рока в своей Роще вздохнул. Он заглушил смех и крики, раздававшиеся, пока его брат ломал конечности и выплевывал куски плоти юноши, думая: жестоко и непотребно, но такова жизнь. Рока предоставил парню шанс.

– Скажи своей родне, что ты пытался убить Букаяга, – прошипел брат, оставляя полумертвого сынка из долины хныкать и валяться сокрушенным на земле. – Я забираю твою лошадь взамен твоей жизни.

Животное в страхе забилось в угол сарая, но не запаниковало. Когда Рока приблизился, лошадь в неуверенности присела, готовая бежать или обороняться. Конечно, это не Сула, но сойдет и такой скакун, а Эгилю понадобится ехать верхом.

Рока схватил поводья и тянул за них, пока животное не тронулось с места, после чего вышел в ночь к своему собственному, верному спутнику.