Короли пепла полностью

Живые были стольким обязаны мертвым. Они были обязаны Вишан, бежавшим за море, а после – тем, кто наперекор всем страданиям выжил и родил детей, укрощая землю и поодиночке создавая орудия труда на протяжении тысячелетий… Что ж, они могут задолжать мертвым еще немного.

Брате, возьми эту стену, используй ее. Мертвым нет пользы от камня.

Рока приложил к стене обе пары ладоней, свои и брата, и оба мира вокруг него задрожали.

Началось с Букаяга. Сначала тепло без огня, затем медленное поднятие почвы, холм, вырастающий из грохота, который должен был сопровождать разлом – землетрясение в обратном порядке.

Рока чувствовал, как воля мертвых смешивается с его собственной, а их цели пересекаются, взаимно усиливаясь и струясь по траншее. Энергия казалась направленной, но неудержимой, подобно мощным водам Куби. Жар и целеустремленность рекой потекли по стране пепла, а воздух мерцал и дрожал, как подернутая рябью гладь пруда.

Вдоль всей стены Рока услышал крики. Хоть он и не знал их причину, это ничего не меняло. Процесс было не остановить.

Когда камни возникли наяву, он мог только стоять и наблюдать, бессильный и незначительный рядом с реальностью такого сотворения. Там, где только что не было ничего, теперь высилась огромная стена из мира мертвых, толщиной в рост мужчины, а высотой в четырех, извергающаяся из воздуха и земли подобно оползню наоборот. Шум ее сотворения поглотил всё – рычание и рев стихийных сил, что сталкивались и сплетались воедино.

Это продолжалось всего десять капель водяных часов – и однако целую вечность. Внезапно грохот неба прекратился, и мертвецы в Роще отступили от полосы смятой травы, которая только и осталась на месте их сооружения.

В стране живых Рока стоял у открытых железных ворот массивной каменной стены, словно выросшей из его рук. Он посмотрел по сторонам и увидел, что она тянется вдоль траншеи от моря до моря, перегораживая все Плодородное Кольцо.

Он увидел, что многие мужчины и женщины вдоль нее упали, хотя и не знал почему и с какого перепугу. Одни прижимали ладони к ушам или груди. У других шла носом кровь. Третьи, видимо, стояли слишком близко, и Рока увидел несколько тел, отброшенных назад и изломанных.

Им воздадут честь, подумал он, делая шаг вперед, чтобы скрыть собственное потрясение. Внутренности его трепетали от страха и растерянности, но в этот момент он был обязан быть сильным. От него потребуют ответов, но чего бы это ни стоило, стена получилась. Горстка мертвых горожан спасла тысячи.

Рока вышел вперед, чтобы все незваные гости могли его хорошо видеть. Приближающиеся вожди остановились, и воины в благоговейном страхе уставились на гигантскую преграду. Рока вошел в открытый портал – отныне единственный проход в Кормет, если не считать высоких скалистых утесов по краям полуострова или холодных и опасных вод, охраняемых Айдэном и его кораблями.

Со скрежетом смазанной стали Рока потянул за хитроумную лебедку из Пью, и покрытые рунами ворота захлопнулись.

Мертвые вырыли еще больше могил. Рока уже потерял им счет, но по возможности предпочитал не смотреть.

– Как… что это было, шаман? Как это возможно? – Побледневший Фольвар указал дрожащей рукой на стену.

Вассалы Роки столпились вокруг него. Пятнадцать человек серьезно пострадали – одних оглушило, другие ушиблись. Еще девятеро погибли, в том числе две женщины и ребенок. Все, казалось, были сильно потрясены.

– Я ощутил… я почувствовал… что-то. Холод. Я как будто задыхался, – прошептал Фольвар. – Как будто… Носс душил меня своей рукой, шаман.

Рока кивнул, но отмахнулся, будто этого следовало ожидать. На самом деле он был сильно встревожен. Он не знал правил своей Рощи, да и вообще того мира, который мог видеть своими глазами, или любого другого мира за его пределами. Он не знал, чем вызван «холод» – тем ли, что мертвые цеплялись за живых, или некоей силой, необходимой для создания стены. Он не знал, какова цена подобной власти.

Но не было другого пути, кроме как вперед, а без жертв не бывает величия. Он проигнорировал страх и велел Фольвару и остальным продолжать готовить зерносклады, строить корабли и охранять берега.

– Сейчас я должен идти в долину, вождь. Но ты можешь оставить себе всех воинов.

Молодой вождь явно встревожился.

– В долину? Зачем, шаман? Мы уже победили. Мы вне опасности минимум на сезон. Мы можем удерживать эту стену против армии, десятикратно нас превосходящей. Даже если вожди прямо сейчас договорятся и объединятся, уйдут месяцы, чтобы построить достаточно лестниц и переправить через стену достаточное войско, чтоб выбить нас отсюда. Полуостров наш.

– Да. – Рока повернулся к стойлам. – Мы вне опасности. Но богам нужно кое-что большее, чем безопасность. Они требуют силы и отваги. – С этими словами он зашагал вдоль городской окраины к стойлам и, возможно, к своей смерти. Немногочисленные обыватели, занятые своими делами, глядели на него, таращась, как зайцы при виде хищника. Он их не винил.