Короли пепла полностью

Каждый день Рока заставлял себя совершать обход могил. Фарахи заблаговременно учредил «военные округа», чтобы располагать там заболевших, и это хотя бы позволило сдерживать распространение заразы. Люди пепла служили больным островитянам сиделками и поварами, и хотелось верить, как минимум некоторые из тех, кто выжил, станут воспринимать своих «захватчиков» иначе.

Вместе с Эшеном и несколькими телохранителями Рока шел по оживленным городским улицам, и островитяне таращили глаза. Многие, как обычно, разбегались перед ним, и улица редела по мере того, как жители оттеснялись к обочинам и толпились возле зданий.

Разумеется, Рока не хотел и не причинял им зла, но понимал их реакцию. Он был одет в островные шелка, но покрыл себя изображениями рун из темной краски, просто для устрашения. Пусть лучше эти люди будут в страхе, думал он, а затем наберутся смелости восстать и тем самым вынудят его усмирить их. Он всегда носил меч со щитом и знал, что его наголо бритая голова и уродливое лицо наводят страх даже на его сородичей. Островитяне знали: он – один из предводителей вторжения.

Рока перешел по мосту через Куби и кивнул нескольким рабочим, которые как раз начинали устанавливать сточную трубу. По иронии, новая столица и Северные городки Аскома имели теперь гораздо более развитые водопроводы, нежели Шри-Кон. Более десяти лет аскоми прокладывали под землей медные трубы, протянувшиеся аж до Тургэн Сара, и каждый дом на этой территории обрел к ним доступ.

За те несколько месяцев, что он провел на островах, Рока уже начал проект по улучшению притока пресной воды, а также сооружению дополнительных заслонов против наводнений в дождливый сезон. Ему даже помогал его старый друг, архитектор Хеми, хотя к этому времени тот вышел в отставку и с трудом передвигался по причине скверного здоровья из-за вредных привычек на протяжении всей жизни.

Рока ухмыльнулся, подходя к молодым стражникам-аскоми у ворот дворца. Сбившись в кучу, они лежали ничком в тени дворцовой стены, а заметив Року, еще пуще покраснели, кинулись на свои посты и вытянулись во фрунт с копьями наготове.

– Успокойтесь, – тихо сказал Рока, проходя мимо, – я не обмолвлюсь вашему вождю.

Их «вождем» был Тахар, которого Рока назначил ответственным за безопасность острова, и относительно мягкотелые парни-Северяне и новая юная поросль вскоре познали железную дисциплину старого Южного изгоя.

– Спасибо, шаман, – поблагодарил старший из близнецов. Рока знал его по имени, точно так же как знал по именам всех мужчин, приплывших в «Первой Волне». Он похлопал шкета по плечу и, отпустив своих гвардейцев за воротами, направился ко внутренним дворам.

За дворцом по-прежнему присматривал небольшой контингент слуг. С момента первоначальной атаки это были в основном женщины – так воины Роки с меньшей вероятностью могли вызвать проблемы. К тому же многих работников-муж: чин убили его не в меру ретивые налетчики во время нападения.

Миновав первый двор, Рока принялся идти по своей мысленной карте крепости Фарахи. Теперь он знал каждый коридор, каждую фальшивую комнату и потайную дверь, в мельчайших деталях. Фарахи держал большинство «неприятных» комнат в одном и том же крыле, и поэтому на пути в темницу Роке пришлось пройти через камеру пыток, разминая при воспоминании о ее посещении свою четырехпалую кисть. Он подавил идеально воссозданное чувство боли, а затем и вкус плоти мучителя, заменив эти пренеприятные ощущения радостью от спасения Аруна.

– Лоа, пират. – Рока ухмыльнулся, добравшись до камер.

Арун, или Эка – имя, которое он теперь предпочитал – начал свои вечерние растяжки в собственной «келье». Держа тело в нескольких дюймах от каменного пола, он диковинно изгибался. Хотя стукнуло ему не меньше сорока лет, подобные нагрузки, очевидно, были этому парню совсем не в тягость, да и вообще он практически не изменился внешне с тех пор, когда ему было под тридцать.

– Лоа, дикарь, – приветствовал он без малейшего напряжения в голосе.

– Я спешу. – Рока постучал по прутьям, и бывший монах нахмурился, вставая.

– Твои гвардейцы…

– Да, да, я оставил их у ворот, открой эту треклятую дверь.

Большинство людей Роки не были посвящены в секретный альянс и обман, думая, что действительно вторглись на острова, чтоб заявить о себе. Так было проще для понимания тех, кто воспитан в воинской культуре.

– Раньше ты выглядел намного веселей, – заметил Рока.

Начальник шпионов короля вежливо улыбнулся, щелкнув потайным рычажком, и дверь камеры, скрипнув, отворилась одновременно с воротами.

– Да, ты уже говорил, – ответил он, как будто не был ни раздосадован, ни обрадован. Рока вошел в «келью», поднял кровать и спустился по скрытой под нею потайной лестнице.

У подножия ступенек раскинулся тонкий красный ковер; голые каменные стены узкого коридора омывал тусклый свет. Рока вошел в единственный проем.