Мне в голову пришла безумная идея.
— Гектор, а что, если нам позвать на помощь?
Он и вправду рассмеялся.
— Да, да, конечно!
И мы закричали, каждый из нас, и я перекрикивала всех.
Через миг раздался топот бегущих ног, лязг железа. Кто-то пришел нам на помощь.
Кровь из раны Гектора уже капала на пол. У меня перед глазами темнело от этого зрелища.
Потом какой-то запах, металлический и горячий, заставил меня прийти в себя. Он был мне знаком.
Это война.
Я точно знала, что сделала бы Космэ.
— Гектор, я должна отломить древко стрелы.
— Подождите… что? — Голос его прерывался от боли. Я надеялась, что острие стрелы не врезалось в кость.
— Вам может понадобиться эта рука. Нельзя рисковать — вы можете пораниться еще больше. Пожалуйста.
Он повернулся, чтобы мне было удобнее.
— Скорее.
Хотя я несколько раз видела, как Космэ это делала в нашем военном лагере, я никогда не пробовала сама. Зубы у меня стучали и руки тряслись, от холода амулета или от страха, когда я схватила стрелу обеими руками. Космэ всегда наваливалась всем телом, ломая с силой и быстро.
Он зашипел от боли.
— Ломайте ниже, — сказал он. — Поближе к ребрам.
Я передвинула руку, вторая лежала у него на спине. Шум сражения приближался.
Вскрикнув, я разломила стрелу пополам. Зазубренным концом стрелы я немного поранила руку. Бросив древко на пол, я вытерла руку о юбку.
Гектор покачнулся. Я машинально обхватила его за талию, чтобы удержать. Он наклонился, потом выпрямился, тяжело дыша.
— Все нормально. Все нормально.
Но я не была в этом уверена. Я знала, что он может стерпеть боль, но мог ведь начаться болевой шок.
Топот ног приближался. Я видела блеск мечей, мелькание рук, деревянный щит.
— За королеву! — раздался знакомый голос.
Это был конде Тристан. Он пробирался к нам в сопровождении людей, одетых в цвета Сельварики — голубой и цвет слоновой кости. Нападающие были мне незнакомы. Я насчитала пять человек, но в суматохе могла и ошибиться. Они были грязны, небриты, одеты едва ли не в лохмотья, но орудовали хорошими клинками и луками.
Тристан пробирался сквозь строй нападающих с поразительной быстротой, держа в одной руке короткий меч, а в другой — кинжал. Сражался он великолепно, будто танцевал. Он и его спутники не оставили нападающим шансов, те не могли даже натянуть луки.
Теперь, когда пришло подкрепление, Гектор дал знак стражникам осмотреть противоположный конец коридора, и они побежали туда. Раненый стражник покачнулся, и Гектор рывком остановил его.
— Не надо. Защищай королеву.
Осталось только двое нападающих. Гектор устремился на одного и пронзил его точно в грудь. Тристан прыгнул, взмахнув мечом, на второго, но я закричала:
— Он нужен мне живым!
Конде перевернул меч в воздухе и, легко приземлившись, ударил нападающего рукояткой в висок. Грязный оборванец упал на землю. Холод амулета ослабел, постепенно сменяясь мягким теплом.
Мои стражники, Гектор, Тристан, солдаты из Сельварики смотрели друг на друга с облегчением и триумфом, которые я столько раз видела прежде. Коридор был завален телами. Тристан слегка подтолкнул одно из них ногой, ожидая ответной реакции. Ее не последовало.
— Наемники? — сказал Тристан.
Гектор кивнул.
— Дрались они плохо, нападение не было как следует спланировано. Они могли даже не знать, кто их нанял.
Я заметила:
— Люди, одетые, подобным образом, обычно не могут позволить себе такого оружия.
— Надо будет допросить того, которого его милость ударил по голове, — сказал Гектор. — Но может быть, он не сможет рассказать… — Он покачнулся.
Я бросилась вперед, наклонилась и положила его руку себе на плечо. Кровь пропитала его рубашку. Кровь размазалась по моей шее, потекла в корсаж.
— Найдите доктора Энзо! — крикнула я. — Скажите ему срочно прийти в казармы, в комнату капитана.
Гектор почти повис на мне. Страх пронзил меня внезапной болью.
— Конде Тристан, вы можете проводить нас в казармы?
— Конечно. — Он сделал знак одному из своих людей. — Оставайтесь с неизвестным. Свяжите ему руки и ноги. Поверните его на бок на случай, если его будет тошнить.
И мы пошли по коридору к казармам. Гектор тяжело повис на моем плече, ноги его подкашивались. У меня ноги дрожали от усилия, и каждый шаг отбивал у меня в голове ритм отчаянной молитвы:
К тому времени, когда мы добрались до казарм, он был без сознания, и конде Тристан почти нес его на себе. Остальные стражники помогли положить его на кровать.
Прибежал доктор Энзо с двумя помощниками в серых халатах.
