На следующий день вечером девушка прибежала к Наташе домой, но дверь ей не открыли. Алена вышла во двор, увидела, что в окнах квартиры Харченко не горит свет, и ушла.
Девушка не волновалась. У Галины была подруга Рая. Алена ее никогда не видела, но имя слышала. Раиса жила не в Москве. Галина Сергеевна и Наташа ездили к ней стабильно раз в два-три месяца в гости, порой оставались на несколько дней. Алена решила, что Харченко скоро вернется.
Через неделю, так и не увидев ни тетю Галю, ни Наташу, Алена забеспокоилась и спросила у гардеробщицы колледжа:
– Не знаете, куда педагог Харченко подевалась?
– Так она уволилась, – сообщила женщина, – вот уж подкинула забот директору. В середине учебного года решила смыться.
– Куда? – оторопела Алена.
– Откуда мне знать? – ответила гардеробщица. – Слышала, как Марина, ректор, злилась: «Вот гадкая баба! Сначала почти ночью позвонила, сказала, что заболела. На следующее утро, едва колледж открыли, дочь ее мне заявление принесла, а заодно и свое. Девчонка тоже учебу бросила. Скатертью им дорога».
Алена растерялась. А браслет? Несколько месяцев потом девушка приходила каждый вечер к дому тети Гали, смотрела на окна, ждала: вдруг в них вспыхнет свет. Но чуда не случалось, окна оставались темными. Потом Алена перестала надеяться на встречу, радовалась, что показала Наташе и тете Гале только браслет. Про кулон на цепочке и кольцо они не знали. В колледже учились два года, весной студентка получила диплом, решила сама искать себе покупателей. Она публиковала в интернете объявление: «Игрушка для вас». Вязала, шила все, что заказывали. Заработок, пусть и крохотный, имелся.
В начале лета Алена нашла клиента в доме, где раньше жила Харченко, и сама принесла готовое изделие заказчику. Молодой мужчина ждал ее у подъезда. Он взял коробку и сказал:
– Мы, похоже, соседи, я недавно приобрел тут квартиру. Четвертый этаж, пятое, шестое, седьмое окно от угла здания. Остальные выходят на проспект, но мне шум не помеха.
Алена подняла голову и прошептала:
– Вы купили апартаменты Харченко?
– Да, – заулыбался парень. – Вы их знали?
– Немного, – солгала девушка, – учились с дочкой хозяйки в одном колледже. Не знаете, где они сейчас живут?
– За границу уехали, – ответил незнакомец, – сделку купли-продажи оформлял их адвокат.
– А-а-а, – протянула Алена. – У них хорошее жилье.
– Я сделал из него конфетку, – похвастался парень и перешел с девушкой на «ты»: – Меня Юра зовут, а тебя как? Хочешь посмотреть на ремонт?
– Ну… – заколебалась Волошина. – Я Алена. Темно уже, спать пора.
– Время детское, – засмеялся Юра, – дома моя мама. И я девушек на ужин не ем.
Присутствие родительницы успокоило Алену. Она поднялась на знакомый этаж, вошла в прекрасно известное ей помещение и ахнула. Ничего от хором Харченко, где жила подруга, не осталось. Исчезли большие шкафы, похожие на гробы, вместо них возникли современные, встроенные с зеркальными створками. Пропали ковры в прихожей, дорожка в коридоре. Кухню объединили со столовой.
– Очень красиво, – восхитилась Алена.
– Пошли чай пить, – скомандовал Юра.
Девушка последовала за парнем и увидела милую пожилую женщину в домашней одежде и тапочках.
– Знакомься, Светлана Алексеевна, – представил хозяин апартаментов, – матушка моя.
Вечер прошел прекрасно, Алена ощутила себя как в сказке. Светлана Алексеевна не выказывала никакого снобизма, не окидывала недовольным взглядом нежданную гостью. Хозяйка смотрела ласково, положила Леночке на тарелку самый вкусный ломоть домашнего пирога, вырезала его из середины. Юра заварил крепкий чай, начал рассказывать веселые истории. Потом Светлана Алексеевна села за пианино, заиграла и запела. Алена ахнула.
– Вы певица.
– Была когда-то, – улыбнулась дама, – выступала на оперной сцене. Сейчас даю уроки пения.
У Макаровых было так хорошо, тепло, уютно, что Алене не хотелось уходить, но всему приходит конец. Девушка сказала:
– Наверное, мне пора домой.
Юра встал.
– Провожу тебя.
– Не надо, – улыбнулась Волошина, – мне два шага до квартиры.
– Ты очень красивая девушка, – заметила Светлана Алексеевна, – опасно одну тебя отпускать. Украдут.
Юрий отвел Алену домой. На следующий день заехал за ней на машине на работу. Макаров был красив, умен, говорил ласково, с ним жила замечательно добрая, интеллигентная мама. Но главное! Юра приехал за Аленой, ради нее отменил какие-то дела, не назначил свидания у метро, до которого еще добраться надо. Нет! Когда девушка вышла из дома, неподалеку чернела хищная иномарка, около нее с клумбой роз в руках стоял Макаров.
– Не знаю, любишь ли ты цветы, – сказал он, вручая ей гигантский букет, – если нет, я выкину их. И скажи, что ты хочешь? Все куплю, в зубах принесу.
Никто никогда не вел себя так с Аленой. Волошина навсегда влюбилась в Юру.
