Когда мы только пришли, шатер вишканий был полон тихих бормотаний, ободряющих шепотков и даже невольных стонов. Я опустилась на корточки и вцепилась в кинжал на ноге. Тишину нарушил судорожный вдох и хриплый выдох. Викрам рухнул наземь. Волосы его окончательно потемнели, конечности удлинились, а на лице появилась едва заметная щетина.
Охваченная паникой, я потянулась к нему, но прикоснуться не успела – в противоположном углу комнаты эхом разлился глубокий смех. Из тени шагнули одиннадцать вишканий. Они таились все это время. Выжидали.
– Что вы с ним сделали?
Услышав рядом легкий вздох, я обернулась. Еще одна прелестная вишканья с вытянутой рукой отпрянула от Викрама. Успела ли она к нему прикоснуться?
Чары преображения окончательно истаяли. Викрам лежал на полу в прежних штанах и шервани. Лицо его было бледным, кожа лоснилась от пота. Да и вокруг меня все стало чуточку больше – дарованный магией рост исчез, и я вернулась к привычным размерам и формам.
– Мужчина! – ахнула рядом вишканья.
Но не бросилась в угол к товаркам, лишь уставилась на меня.
– Не смей его трогать, – прошипела я, размахивая кинжалом и пытаясь припомнить все, что знала о ядовитых куртизанках.
Каждый дюйм их кожи таил в себе смерть. Но от ранений они точно так же истекали кровью и умирали, как и простые люди. По крайней мере, так говорилось в сказках Майи. Надо было просто не касаться кожи…
Вишканья вдруг съежилась и оробела.
– Я лишь на миг дотронулась… такое его не убьет, клянусь.
– Вы его не получите, – громко сказала я, махнув кинжалом на остальных куртизанок, и, переступив через Викрама, застыла над ним в защитной позе. – Нам нужен только рубин. И все. Если отдадите его, мы уйдем, и никто не пострадает.
– А если мы не хотим вас отпускать? – насмешливо спросила одна из вишканий. Двигалась она с жуткой грацией ночного кошмара. – Вы явились сюда добровольно. Чтобы узнать нас. Увидеть нас. Что-то получить от нас.
Вишканья пожала плечами:
– Замечательно, но бесполезно.
– Предупреждаю вас… – начала я, но эти слова что-то всколыхнули в куртизанке.
Она перестала улыбаться и любезничать.
– Нет, девочка. – Голос звенел холодом, как стекло. – Это я тебя предупреждаю. Мальчишка теперь мой.
– Никогда и ни за…
– Он в нашем шатре. Он не возражает. Следовательно, он наш. А раз так, ты должна знать, что у нас воровать не стоит. Видишь ли, девочка, мы любим людей. Человеческие страсти не похожи на жажду якшей и якшини. Они доставляют удовольствие. Человеческие страсти как… живительная влага. Они озаряют ваши кошмары и серебрят инеем ваши сердца. Вы будете утопать в них и разорвете землю по швам, если это подарит вам желаемое.
– Они разрушительны, – произнесла другая вишканья.
– Прекрасны, – добавила еще одна.
– И мы их заберем, – отозвалась третья.
– Так что не трогай мои игрушки, девочка, – подытожила главная.
А потом бросилась прямо на меня.
Если бы Ааша захотела, она могла бы дотронуться до человеческой девушки. Убить ее. Но тогда переполнявшие ее вопросы остались бы без ответов. Они и так уже казались неуправляемыми, словно отрастили шипы и силились разорвать Аашу на части.
Ааша надеялась добраться до людей первой. Планировала договориться: они отвечают на вопросы о человеческом мире, а она в обмен отпускает их с рубином.
Но сестры оказались быстрее.
Теперь на мирные переговоры не осталось ни единой возможности. Сестры жадно облизнулись. И бросились на людей. Руки их тянулись к лодыжкам девушки, но та высоко подпрыгнула. Ааша глубже забилась в угол. Мужчина рядом зашевелился. Ее прикосновение не убило его, лишь погрузило в ловушку сна. Некоторые из сестер использовали этот прием, когда хотели даровать милосердную смерть. Ааша обращалась к нему, когда хотела избежать убийства.
Сестры опрокинули стол, на который забралась девушка, сбросив ее наземь. Та приземлилась на ноги и, взмахнув кинжалом, рассекла руку одной из сестер.
– В следующий раз я буду метить в лицо, – сказала девушка. – Отдайте нам рубин. Я не хочу никого ранить.
Но сестры только смеялись, все громче и громче. Ааша заволновалась. Алака была полна страстей, которыми они могли питаться. Не проще ли отпустить девушку и забыть обо всем?
