Мысли скакали, натыкаясь друг на друга. С Аашей я планировала встретиться завтра в полдень, но все равно оставалось слишком много неизвестных. Она могла наболтать о Змеином короле всякой чуши или продать нас какому-нибудь безымянному врагу. И даже если мы получим зацепку, чтобы найти выход из Алаки, толк от нее будет, только если мы выживем и победим в Турнире. Я вздрогнула. Один день в Алаке, а магия уже выбила меня из колеи. Я шла в бой без шлема. Без какой-либо защиты, кроме хрупкого доверия к незнакомке и самого жуткого из всех ядов – надежды. Даже теперь я чувствовала, как она просачивается под кожу и оседает в жилах. Разрастается. Какую форму она примет? Крыльев? Как образ стремления к свободе. Или грибов? Как нечто рожденное в гнили.
Половина ключа гудела и полыхала в кармане. Распахнув двери, я скинула Викрама на пол и положила рубин на стол возле кровати. Снаружи заря оплетала небо золотом, прогоняя остатки ночного мрака. Тело от усталости почти не слушалось. Я бросила Викраму подушку и одеяло, забралась в постель и через несколько мгновений провалилась в сон.
Главная проблема проживания в комнате, полной певчих птиц, в том, что комната полна певчих птиц. Я едва успела уснуть, как уже вскочила от щебета и шелеста крыльев. Я приподнялась на локте и злобно огляделась. Стены шли волнами, свет мерцал на переливчатых зеленых перьях. Развалившийся в одном из кресел Викрам – уже одетый и как всегда безупречный – подбрасывал в воздух рубин, будто мячик. Поймав мой взгляд, он усмехнулся:
– Говорят, утренний свет раскрывает истинную природу женщины. Соболезную твоему будущему супругу.
– Слишком рано для кровопролития, – простонала я, зарываясь лицом в охапку подушек. – А еще… хорошо придумал с преображением.
– Что это? – округлил глаза Викрам. – Утренняя похвала от Ее Зверейшества? Ты под проклятием, которое делает тебя милой до полудня? Если да, то как растянуть его эффект на весь день?
Я швырнула в него подушку, но он лишь склонил голову, уклонившись от снаряда минимальными усилиями.
– Справедливости ради мы добыли ключ вместе, – все-таки признал Викрам. – Оба догадались, где искать. Хотя да, блестящая идея перевоплотиться – моя заслуга.
Я бросила в него еще одну подушку:
– Ради этого ключа я сражалась с ордой ядовитых женщин!
– Я в тот момент был слегка без сознания.
– Очень удобно.
– Я старался.
– И все же нам повезло, – хмыкнула я и рассказала ему о сделке с Аашей и о назначенной позже встрече.
В отличие от меня, Викрам общения с вишканьей не опасался и на мои тревоги лишь пожал плечами:
– Мир движется в ритме логики, даже если внешне кажется хаотичным. Вероятно, так и должно было случиться. – Он перебросил рубин из руки в руку. – В любом случае, как часть Иномирья, Ааша куда больше нас знает о структуре его власти. Встреча с ней может указать нам верное направление, и скажи, пожалуйста, почему ты продолжаешь чесаться?
– От твоего оптимизма у меня зуд, – проворчала я, направляясь в купальню. – Кстати, это я приволокла тебя в комнату, не стоит благодарностей. По пути меня настойчиво уговаривали тебя продать, еле удержалась.
– Занятно. И много предлагали?
– Мешок золота, способность усмирять грозы, еще что-то… Пять коз?
– Всего пять? Я стою как минимум десять да корову в придачу.
Я закатила глаза и скрылась в купальне. А когда помылась, поспешно заплела волосы в косу и вернулась в комнату, Викрам расхаживал из угла в угол и изучал какой-то пергамент.
– Что это?
– Владыка сокровищ прислал нам письмо. Он поздравляет нас с успешным прохождением первого испытания и сообщает, что второе состоится в полнолуние, сразу после празднования Джулан-пурнимы[18].
Сердце пронзила знакомая паника. Джулан-пурнима чествовал духовную связь божественных возлюбленных – Кришны и Радхи. Радха была не просто супругой бога Кришны. Она была проявлением его жизненной энергии. Его душой. До того как Сканда пустил слух, будто я дала обет целомудрия, совет Бхараты использовал этот праздник, чтобы вынудить меня принять предложение того или иного принца или короля. Как они утверждали, помолвка, заключенная в день Джулан-пурнимы, гарантирует любовь на всю жизнь.
Я отказала всем.
Ибо собиралась стать королевой, а крепкий брачный союз – это важный политический шаг. Я не могла принимать такое решение, основываясь на чем-то столь зыбком и непостоянном, как любовь.
– Джулан-пурнима – идеальное время для засады. Все будут пьяными и сонными…
– Гаури, – перебил Викрам, не то снисходительно, не то сурово. – Это священный праздник. К тому же мир не всегда пытается на тебя напасть.
– Я просто хочу быть готова. Если всегда ждать нападения, то как минимум в половине случаев мир не победит.
– Слова истинной королевы.
– Что? В каком смысле?
– Только королевские особы настолько параноидальны.
– Не параноидальны, а предусмотрительны.
