Сколько тут можно услышать случайных реплик, открытий, историй, способствующих генерации идей, увидеть сцен, лиц, потрясений и даже снов! Одного только смеха несколько оттенков. Смех искренний, идиотский, добрый, истеричный, демонстративный, злой, гаденький и просто придурковатый. Здесь много пьяных. Ужас, сколько пьяных здесь по пятницам! Около глухо рявкающих что-то друг другу мужчин зрительно можно наблюдать облако перегара. Много неестественно взвинченной молодёжи. Их воинственно хорошее настроение, когда позитив не для себя, а для демонстрации окружающим, тоже получено «химическим» способом, будь то алкоголь или новомодные энергетические напитки. А может, и от духоты.
Тут всё перемешивается, чужая истерика и ор влезают в чью-то тишину и равновесие. Тут можно увидеть и утончённую барышню в романтичном берете с книгой «Русская музыкальная литература» в руках, и самую дешёвую гопоту, которая имеет ценность только толпой, а по одиночке каждый превращается в испуганного и сжавшегося зверька. Гопота громко гопочет о минувших пьянках и намечающихся гулянках. Тут же какой-то вежливый бомж, словно бы извиняющийся перед окружающими за свой статус, уступает место бабушке, которая не может ехать «супротив ходу». И тут же ропщут бомжи агрессивные, озлобленные, что кто-то едет тут в их электричке, в их доме, можно сказать. Они тут и ночуют, и днюют, то есть просто живут. А эти «временщики» впёрлись в их дом, и поезд зачем-то куда-то их развозит… А какого перца?!
Вы думаете, что я занимаюсь писательством, пишу? Нет, я записываю то, что происходит вокруг, стенографирую. Не писательница, а стенографист среднего разряда.
– Ну как тут не взяться за перо?! – страдает пассажир, которому никто так и не выдал АКМ.
А я давно взялась. И за бумагу, разумеется. Сюжетов столько, что грех не записать, не зафиксировать, не заметить, упустить, забыть. Это же – моё время, моя эпоха. Другой не будет. Иногда только слышишь голоса людей и невольно начинаешь рисовать их портреты, представляешь картины того, о чём они рассказывают…
