Я сидел у себя в кабинете и пытался осмыслить полученную информацию. Ничего толком осмыслить не удалось – не хватало деталей, которые позволили бы выстроить стройную картину. Если мистер Х существует, то зачем такая секретность? Почему он не действует в открытую, зачем ему Совет, зачем шить трусы на дорогущем оборудовании, для чего ему наша корпорация и все ее правила? И тут позвонила Ольга.
– У меня есть идея, давай пообедаем вместе, жду тебя в «Метелке».
Выглядела Ольга неважно, на ее бледном лице проступали красные пятна, взгляд был тусклым, усталым. Хотя в зале «Метелки» было жарко, она сидела в шерстяной кофте и поеживалась, как от холода.
– Ты в порядке? – спросил я, выгружая тарелки с подноса.
– Нормально, – сказала она, – сейчас не до этого. У тебя есть новости?
Я рассказал о реакции Яна на новость о кураторе Нинель.
– Ожидаемо. И что он теперь собирается делать?
– Помощнику об этом знать не положено. А что у тебя?
Ольга оглянулась, наклонилась ко мне и тихо сказала:
– Я посмотрела файлы друзей Нинель – Длинного и Рыжего, как ты их назвал. С Длинным все нормально – университет, работа на какой-то фирме, пригласили сюда работать в производственном отделе, потом внезапное повышение до помощника куратора. Так у нас бывает, ты сам через это прошел. Кому-то приглянулся, пару раз хорошо выступил, его заметили, ну, и так далее. А вот с Рыжим интереснее. Университет, какая-то компания и сразу сюда помощником куратора. Представляешь – человек со стороны и сразу на третий этаж, такого у нас не было.
– Может он родственник кого-то из Совета?
– Может быть, это не проверишь. Но факт интересный. Я посмотрела его трекинг. Он по три дня в неделю пропадает в промзоне. Ничего бы не было удивительного, как-никак он промышленностью занимается, но там он именно пропадает. Доходит до ворот зоны, входит туда и исчезает с трекинга.
– Ничего странного, ты же на холме показывала мне, что в промзоне трекинг не работает.
– Не во всей. Я тебя отследила до входа в швейный цех. Трекинг исчезает вскоре после здания этого цеха. Рыжий ходит в часть зоны, где трекинг не работает, туда, где делают коробки, о которых тебе рассказывал Цвейг. Он точно связан с теми, кто контролирует северную часть промзоны и, может быть, бункер. У меня все, сиди ешь, думай, а я пойду покурю.
Ольга надела куртку, висевшую на спинке стула, и исчезла. Да уж… мне было, о чем подумать. Если Рыжий и правда связан с мистером Х, то зачем Нинель меня просила что-то узнать из закрытых баз данных? Мистер Х уж точно знает все, что там записано. Или Рыжий хочет узнать какие-то детали и использует Нинель, делая вид, что пытается в чем-то разобраться, строит из себя правдоискателя, а сам ведет двойную игру? А может он просто агент Яна и следит за доморощенными подпольщиками, а в промзону и правда ходит по рабочим делам? Интересно, посмотреть его трекинг подробнее, как часто он общается с Яном? Это я и спросил у Ольги, когда она вернулась. Ольга долго вытирала нос, подышала на замерзшие руки, потом сказала:
– Конечно я посмотрела. Они встречаются раз в неделю. По крайней мере, он в рабочее время заходит к нему в кабинет. Яна я не вижу, трекинг у него выключен, но Рыжий сидит в его кабинете по часу и даже больше. Это не очень подозрительно, Ян встречается со всеми помощниками кураторов. У него много обязанностей помимо социальной безопасности. Сам видел, что его попросили заниматься контролем продаж алкоголя – какое отношение это имеет к безопасности? Никакого! А почему ты это спросил?
Я сказал, что Рыжий возможно является агентом Яна и следит за неправильными мыслями у помощников. Добавил, что мысль индивидуальная – это дым из трубы, а мысль коллективная – это сила. На Яна я сослался. Мысль Ольге понравилась, она сказала, что Ян умница, что все может быть, но нам надо поближе познакомиться с компанией Нинель, что она уже попросила Аника отменить завтрашнее собрание его кружка, а мне следует позвонить Нинель и пригласить ее и ее «ребят» к себе в гости. Скажем, в воскресенье вечером. И не забыть пригласить ее, Ольгу. И что там мне следует помалкивать, но если она кивнет и намекнет, о чем надо рассказать, то мне надо это рассказать, не вдаваясь в подробности. А сейчас она идет домой, пить чай с вареньем, потом залезет под два одеяла и будет согреваться до воскресного вечера.
Нинель обрадовалась моей идее организовать совместный ужин.