– Ребята с удовольствием придут, – сказала она. – Аник почему-то отменил кружок, а все уже настроились готовить, так что еда будет вкусной. Лучше, конечно, было бы в субботу, но и воскресенье тоже хорошо. Жди, мы придем чуть раньше семи, чтобы накрыть стол, все разогреть и немножко выпить для аппетита.
Нинель, Длинный и Рыжий пришли без пятнадцати семь. Они мгновенно разделись, разгрузили свои сумки, Длинный включил на плите все четыре конфорки, расставил кастрюльки, приказал Рыжему и Нинель следить, чтобы ничего не пригорело, сам полез в кухонные шкафчики, достал тарелки, бокалы, все расставил на столе, залез пальцами в миску с моим салатом, выудил оттуда помидор, удовлетворенно кивнул, открыл бутылку коньяка, наполнил три бокала, сказал, что мужчинам нужен аперитив, мужчины выпили, закусили лимоном, который Длинный непонятно когда успел нарезать, и тут в дверь позвонили.
– Всем привет, – сказала Ольга. – Меня тоже пригласили, я постараюсь вам не мешать.
– Ольга, дорогая! – запричитала Нинель. – Мы всегда тебе рады. И мальчики тоже рады, правда, мальчики?
Мальчики кивнули. Длинный помог Ольге раздеться, потом долго целовал ее руку, говорил, что знает ее уже сто лет и, если бы не Марио – тут он сурово посмотрел в мою сторону, – он бы давно начал за ней ухаживать. После этой процедуры, он хлопнул себя по лбу, побежал к шкафчикам, достал тарелку и бокал, поставил на стол, подвинул стул и красивым жестом пригласил Ольгу сесть.
Ольга в своем темном брючном костюме с белой блузкой выглядела прекрасно. На лице слой косметики, скрывавшей пятна, которые я заметил в пятницу, губы и глаза накрашены, в ушах блестели сережки (никогда она их не носила раньше), на пальцах два кольца с какими-то камнями. В общем, Ольга постаралась произвести впечатление по максимуму. Содержимое кастрюлек было переложено в большие фарфоровые миски (я не подозревал, что они у меня есть), открыта еще одна бутылка коньяка и две бутылки вина, все уселись, и Длинный произнес тост.
– Предлагаю выпить за наших женщин, – торжественно сказал он. – Все, что делают мужчины, они делают ради женщин – воюют, работают, даже пьют – все ради них, все для них и за них!
Все выпили за женщин и заодно за мужчин, которые даже пьют ради женщин. И тут вся компания набросилась на еду. Чего только не было на столе: тушеное с овощами мясо, рулеты, какая-то нежнейшая рыба в белом соусе, набор морепродуктов, которые не пахли тухлым, а были острыми на вкус и поглощались в большом количестве и с большим удовольствием. Много чего было на столе, но много и осталось, когда мы, утолив аппетит, откинулись на спинки стульев с бокалами в руках. Очередной тост опять захотел произнести Длинный.
– Я так скажу, – начал он, – Мы Нинель и Ольгу знаем тысячу лет. И понимаем, что без них, без их ежедневного и самоотверженного труда, наша любимая Корпорация развалилась бы через полгода. Бывают же идеальные женщины, так вот они, рядом с нами. Красивые, умные, хорошие до невозможности. Еще раз за них, умниц и красавиц!
Все выпили, я попытался не допить свою порцию, но Рыжий, сидевший рядом, укоризненно покачал головой и сказал, что надо пить до дна, иначе, тост не будет засчитан.
– Если ты так любишь женщин, – спросила Длинного Нинель, – так почему ты до сих пор не женат?
Длинный горячо стал объяснять, что не женится именно потому, что обожает женщин и никому не хочет портить жизнь.
– Ой, – сказала Нинель, – у нас столько еды остается. Марио, у тебя Иден через стенку живет, может пригласим его к нам?
– Не надо, – вдруг резко сказал Рыжий. – Не надо приглашать Идена.
Наступило неловкое молчание, которое прервала Нинель.
– Ольга, мальчики, – сказала она. – Скоро наступит новый год. Я вас всех люблю и хочу пожелать, чтобы наша корпорация и в следующем году преодолела все финансовые трудности, и чтобы мы и в следующем году вот так встречались и радовались жизни.
– Ну, опять ты про это, – лениво сказал Рыжий. – Год назад ты тоже нас пугала, а в феврале пришел жирный контракт, который позволит нам продержаться до конца следующего лета.
– Ага, – сказала Нинель, – я эти деньги до конца следующего года растянула. А что дальше?
– Есть слухи, – сказал Рыжий, – что в январе придет еще один такой контракт.
– То густо, то пусто, – сказала Нинель, – так работать невозможно.
– Все будет нормально, – почти закричал Длинный.
– Вы будете больше штанов шить? – спросила Нинель.
– Со штанами у нас все отлично! – сказал Длинный, встал, поднял ногу, чтобы показать, что лично у него со штанами и правда все нормально.
– А мне недавно премию выписали, – сказал я, – Ян сказал, что с деньгами проблем нет.
Все с интересом посмотрели на меня. Я взглянул на Ольгу, та немного нахмурилась.
– Интересно, за что? – спросил Рыжий.
Я замялся, но быстро нашелся.
– За алкоголизацию нашего города.
Ольга довольно улыбнулась.
– Правильно, – сказал Длинный. – Мы наслышаны о твоем докладе и тут меж собой решили, что тебя надо в Совет толкнуть. Пора менять этот дом престарелых. А меня сделать председателем, вот тогда мы заживем, как следует.