Попытавшись вздохнуть, Коул вдруг задрожал – в визоре дополненной реальности он видел, что стыковка транспортного бота завершена, и вот сейчас уже ворота должны открыться. Отвечая его мыслям, тяжелые створки мягко поползли в стороны, моментально окутавшись густой пеленой превратившегося в белесую взвесь влажного воздуха посадочной палубы, ворвавшегося в шлюзовую камеру и кристаллизовавшегося при взаимодействии с ледяными поверхностями шлюза.
Отчетливо прозвучали шаги, и на палубе появилась леди Элезейд Мальоза, герцогиня Каталанская, совсем недавно еще выполнявшая обязанности генерал-губернатора системы Каргаррат.
- Миледи, раз приветствовать вас на борту «Лавинии», - склонился в полупоклоне Коул. Со значительным облегчением – при появлении герцогини в шлюзовой камере он опасался, что задеревеневшие от волнения мускулы его не послушаются.
Леди Элезейд едва кивнула, при этом ее губы тронула едва заметная тень улыбки. Герцогиня вспомнила, что флагманский корабль эскадры, недавно сошедший с верфей Серганны, получил название еще в ту пору, когда леди Лавиния была невестой адмирала Кортеза. Вскользь подумав о насмешках судьбы, Элезейд двинулась в указанном Коулом направлении.
Ей необходимо было как можно скорее попасть к рубку и получить доступ к оперативному командованию – Элезейд всерьез волновалась за исход спланированной операции. Частью которой являлось скрытное прибытие к ретранслятору Каргаррат отдельной эскадры под командованием Кортеза – единственного флотского подразделения, которое можно было передислоцировать с минимальным риском того, что его передвижение свяжут с каргарратскими событиями.
На палубе А-1 из лифта вышли лишь Коул и Мальоза – в сердце корабля доступ был разрешен немногим. Два телохранителя Мальозы остались в лифтовой кабине, а вестовой с владетельной герцогиней двинулись вперед.
Корабль сошел со стапелей верфи менее трех лет назад, и его экипаж был еще даже не полностью укомплектован профессионалами – машинально подмечала Элезейд, двигаясь от лифта к командной рубке, в которой находился штаб оперативного командования эскадрой, видя многих на местах, предназначенных для флотских офицеров контрактеров – как называли мобилизованных флотом гражданских специалистов. «Лавиния» была легким крейсером, построенным по новому проекту реструктуризации императорского флота, поэтому – несмотря на то, что первостепенной задачей кораблей подобного типа было выполнение патрульных функций в пограничных секторах, масса крейсера превышала семь тысяч тонн, а ракетное вооружением позволяло быть грозным противником даже для кораблей основного класса. Новейшему кораблю требовался большой экипаж – сто семьдесят одно существо, без учета состава абордажных партий. Найти же сто семьдесят одно квалифицированное существо в секторах Фронтира – задача непростая даже для вербовщиков Септиколийского Флота.
Коридор, по которому двигалась лежи Элезейд, также – следствие нового проекта, был непривычно широким – энергетическая установка нового поколения была значительно меньше стандартных, используемых последние два века в императорском флоте, что позволила кардинально изменить планировку корабля в сторону увеличения полезного пространства и удобства экипажа.
Перед дверью, ведущий в командную рубку крейсера, стояло четверо вооруженных космодесантников из абордажной команды, выполняющие обязанности часовых. Все они пренебрегли воинским приветствием, полагающимся при виде владетельной герцогини. Мальоза невольно замедлила шаг, так что Коул едва не врезался в ее плечо, как вдруг с легким шипением открылись двери и из своего рабочего кабинета в коридор шагнул командующий эскадрой - барон Тай Кортез.
- Ваша светлость, - адмирал улыбался.
Мальоза почувствовала, как ее кровь становится холодной, словно воды горных ручьев Серганны – гряды в истинной Септиколии, именем которой была названа колония, переданная в управление молодому адмиралу. Время для Элезейд замедлилось, в голове теснилось множество мыслей и вариантов дальнейших действий - без достаточных вводных данных, но с ясным осознанием того, что она оказалась в агрессивной среде.
Тело начало действовать еще до того, как полностью оформилось решение. Резкий прыжок в сторону – мимо безоружного, и пока неопасного Кортеза, к вооруженным часовым. Толчок от стены, еще один – ощущая рядом уплотнения от стрельбы космодесантников, и завершение трансформации за миг до того, как она оказалась рядом с теми, кого собралась убивать.
